Pandora Hearts RPG

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Pandora Hearts RPG » Уничтоженная Сабрие » Дом Вайны, Белого Ангела


Дом Вайны, Белого Ангела

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Приют для детей, пострадавших от действий нелегальных контракторов. Он был построен Найтреями сразу после Сабрийской Трагедии. Это небольшое бревенчатое здание, фактически, состоящее из двух "частей". Из двухэтажной церквушки, в которую ведёт главный вход (над дверью есть круглая оконная арка с цветными стёклами и статуя ангела, Вайны, которая, по преданиям, покровительствует сиротам и обездоленным), и жилого трёхэтажного корпуса.
Надо отдать должное нынешнему герцогу Найтрею, он продолжил дело своих предков и не закрыл приют.

0

2

Парадный вход --------> Дороги из Лебле в Сабрию-------->

20 Июля, 12-17 часов.
По сравнению со вчерашним днем потеплело, но по-прежнему пасмурно. Ближе к вечеру ожидается дождь.

Элиот проснулся сам, когда экипаж как раз проезжал мимо хорошо знакомых уже развалин бывшей столицы. Проснулся, просто открыв глаза, ощущая легкую тревогу – не как после кошмара, когда он, чаще всего, подскакивал на кровати, и не как после хорошего, крепкого сна, когда веки медленно приподнимаются, и хочется потянуться и хорошенько зевнуть. Элиоту казалось, что он просто задремал на несколько минут. Но пейзаж за окном говорил о том, что ехали они уже несколько часов. Лео, по уши погрузившийся в книгу, не заметил, что хозяин открыл глаза. Ну и хорошо – не будет спрашивать пока, снилось ли Найтрею что-нибудь… плохое.

А Элиот тем временем, пока оставалось несколько минут до их прибытия в Дом Вайны, раздумывал над тем, что же ему снилось. Точнее, почему же ему ничего не снилось… Он не чувствовал себя отдохнувшим, но боль в висках значительно поутихла. В чуть-чуть прояснившемся после сна сознании медленно возникали всякие разные варианты причин отсутствия обычного кошмара. Найтрей покосился на завязшего в книжной истории Лео – вариант, что это присутствие слуги прогнало кошмар, казался слишком сентиментальным, но наиболее вероятным. Элиот подумал даже, что стоит переселить слугу к себе… Но эта бестолковая мысль заставила Элли нервно усмехнуться – вот еще, что за глупая идея! К счастью, экипаж как раз остановился перед дверями приюта, и Элиот, не дожидаясь, пока ему распахнут дверцу и пока Лео, наверняка заметивший его смешок, как-нибудь отреагирует, выскочил на улицу.

Затхлый воздух, которым всегда отличались предместья Сабрие, только нагонял тоску, а в висках опять появилось противное покалывание. Элиот, кинув хмурый взгляд на не менее хмурое небо, торопливо поднялся по ступенькам такого гостеприимного для этой глуши здания приюта. Когда Найтрей коснулся дверной ручки, где-то глубоко внутри противно зашевелилась совесть – было не слишком вежливо не дождаться своего заботливого слугу. Но Элиот хотел избежать неприятного разговора о том, как ему спалось, и надеялся, что когда Лео окажется среди детей, то забудет об этом на некоторое время… В конце концов, единственный друг очень хорошо его понимал и вряд ли мог обидеться – это вообще не было ему свойственно.

Естественно, стоило входной двери хлопнуть, в коридорчик тут же набежали служанки и дети – время было обеденное, они как раз только закончили трапезу, и дети пока еще не успели отправиться гулять. Бурные приветствия, а в ответ – слабые кивки наследника Найтреев улыбающимся женщинам, едва заметные улыбки – детям. Обитатели приюта уже давно привыкли к Элиоту и его манере скрывать положительные эмоции, поэтому то, что Элли вообще улыбался, можно было считать потрясающим проявлением радости и счастья с его стороны. Они и считали – довольные дети окружили его, а служанки напрасно пытались установить хоть какое-то подобие порядка. Найтрей, так торопившейся выскочить из экипажа, совсем забыл, что они с Лео привезли кое-какие гостинцы – сладости и игрушки – и сейчас, стоя в окружении детей, совершенно не знал, что делать, и надеялся, что Лео не будет таким глупцом, как он, и захватит привезенные коробочки и пакетики. Захватит и явится сюда поскорее – уж он-то умел обращаться с детьми, чему Элиот так и не научился пока.

0

3

     Reo

     20 июля, 12-17.
     По сравнению со вчерашним днем потеплело, но по-прежнему пасмурно. Ближе к вечеру ожидается дождь.

Найтрей. Парадный вход ------> Дороги из Лебле в Сабрию ------>

     Лео, занятый книгой, почти не заметил, как прошло оставшееся время, хотя и отмечал краем сознания, что воздух становится сырым и начинает совсем по-другому пахнуть. Момент, когда Элиот проснулся, также был упущен, но вряд ли господин был на это обижен, кому приятно, когда на него, ещё не успевшего толком проснуться, кто-то глазеет. Вероятно, Элиот хотел избежать обычного и естественного вопроса «Как спалось?», поскольку не успел дилижанс остановиться перед зданием приюта, как он выбрался из него и поспешил к входу.
     «Понятно… Если бы ему снова снился тот же сон, ничего нового я бы не узнал. Но ему, похоже, снилось что-то другое, я ведь даже не слышал, как он проснулся»,- Лео покачал головой, проводил взглядом чуть ли не убегающего от него Элиота. Сам он выбрался из дилижанса неспешно, поправил очки, забрал привезённые из Лебле свёртки и пакеты и только потом последовал за господином. Первый том «Святого рыцаря» после секундного колебания был зажат под мышкой. Конечно, дети будут просить сыграть что-нибудь весёлое на рояле, но, учитывая, что многие из них больны, лучше просто тихо почитать им какую-нибудь интересную книгу.
     В приюте, разумеется, гостей встречали, едва не падая ниц. Сколько бы Элиот и Лео не пытались убедить работающих здесь женщин, что это совершенно лишнее, привычка приветствовать их, как дар небес, что-то чуть ли не сверхъестественное, даже теперь, когда они приезжали часто, сохранилась. Лео решил поступить с этим, как всегда, а именно рассовать свёртки с лекарствами и подарками в руки служанкам, для каждой «порции» выгадывая момент, когда очередная женщина выпрямится. Избавив таким образом себя от принесённого, а Элиота от поклонов, Лео прошёл ещё пару шагов, к маленькой толпе детей, которая легко втянула его в самую середину, к господину.
     Глядя на эти маленькие лица, бледные, но счастливые, тянущиеся со всех сторон тонкие руки, будто желающие убедиться, что гости настоящие, слушая нескончаемые детские вопросы, рассказы и новости, сливающиеся в один какой-то очень светлый, похожий на чириканье птиц весной, звук и пытаясь ответить всем и сразу, легко было забыть, что они находятся в Сабрии, городе, так печально известном, наверное, везде. Хотя вполне можно было позволить себе забыть об этом, ведь Элиот и Лео приехали сюда не ради города, а именно ради этих детей. Ради того, чтобы они улыбались.
     - А я недавно получил письмо от папы!
     Лео растерянно улыбнулся мальчугану с вечно взъерошенными светло-каштановыми волосами, радостно сообщившему эту новость. Филипп не был в числе детей, заболевших той самой непонятной болезнью, но он тоже не мог не беспокоить Лео. Их с Элиотом не было при этом, но точно было известно, что отец Филиппа, незаконный контрактор, погиб, почему мальчик и оказался в приюте, и довольно давно.

0

4

От поездок в приют у Элиота почти всегда оставались только хорошие впечатления: такой приятный, легкий осадок в душе, когда вроде бы ничего особенно в этих поездках не было, но проводить время с потерявшими родителей детьми было приятно. Было приятно играть им на фортепиано, когда  они приходили в восторг от чудесных мелодий, которые Элиот и Лео играли в четыре руки. Было приятно ощущать какое-то странное сходство с ними – Найтрей никогда не понимал, в чем именно оно заключается, но и искать первопричину не спешил. Зачем, если это единственное незамутненное счастье в его жизни? Такое маленькое, неприметное и никому неизвестное – Элиот ни с кем не делился этими эмоциями, даже с Лео – пока. Хотя, наверное, слуга и так уже догадался, заметил, что хозяин ведет себя гораздо спокойнее, когда приезжает в Сабрию, срывается и кричит меньше и, при всей своей внешней холодности, с вниманием и заботой общается с детьми и работающими в приюте женщинами. А если Лео заметил, то правильно делал, что никак не комментировал – иначе фирменного элиотовского погрома  имущества с громкими возмущениями тем, что в нем посмели увидеть крупицы сентиментальности, было не избежать.

Но при том, что Элиот и Лео часто посещали приют, пока наследник Найтреев не научился водиться с детьми. В общем-то, учиться он не спешил – перед глазами слишком часто вставала картина, как Элиот, с ребенком на коленях, читает ему одну из своих любимых историй, и вдруг в комнату входит герцог Найтрей… Возможное выражение лица главы семьи не описать словами, и Элиот, приученный к тому, что слово отца – закон, с содроганием выкидывает кошмарную картинку из головы. Отец и так был не в восторге, когда младший сын узнал о существовании приюта, да и частые его визиты сюда не добавляют герцогу восторженных впечатлений… Элиот предпочитал держаться с детьми в своей обычной манере, в равных пропорциях смешав в эмоциях холодность, безразличие, недовольство и раздражение. Единственное, что сильно бросалось в глаза знающим его людям – Элиот очень редко кричал, находясь в доме Вайны. Только если на Лео, но никак не на детей.

Каждый раз их встречали вот так – и каждый раз всегда уверенный в себе Найтрей терялся, не зная, куда смотреть и куда девать руки, находясь в самом центре этого скопления маленьких счастливых детей. Иногда бывало, что столь редкая улыбка появлялась на лице всегда серьезного Элиота, но сегодня был не ее день – откуда-то сзади послышался голос одного мальчика:

- А я недавно получил письмо от папы!

Элиот обернулся и только сильнее нахмурился, переведя обеспокоенный взгляд на своего слугу. Лео, как и всегда, - оплот спокойствия, и за толстыми стеклами очков не различить, что выражает взгляд. Но Найтрей неплохо знал друга и не сомневался в том, что Лео беспокоится во много раз сильнее него. Головная боль и нежелание выслушивать вопросы о снах были забыты тут же – цели, с которыми они приехали в приют, стали первостепенны.

- Как чувствуют себя дети? – сохраняя необычайное спокойствие в голосе, поинтересовался Найтрей у миссис Фин, доброй женщины в возрасте, которая заведовала приютом.

- Все так же, господин Элиот. Вас проводить к ним?

Элиот задумался на мгновение – и забытая было головная боль неприятно кольнула висок. Найтрей, не удержавшись, поморщился и покосился в сторону Лео, молча спрашивая у него совета: пойти сейчас или?..

+1

5

Дети радостно обнимали  Лео, награждая его самым дорогим, что могли дать – своей теплой и счастливой улыбкой, звонким смехом. Не сказать, что с Эллиотом они здесь бывали очень редко, но соскучиться дети всегда успевали, и радостно кидались навстречу двумя гостям. И Эллиот уже кажется, привык к ним, и старается сдерживаться и не кричать на них. Их голоса, их смешавшиеся радостные истории о чем-то новом всегда поднимали настроение, но то, что сказал Филипп, вовсе не радовало. Лео охватило беспокойство. Возможно, ему сказали, что его папа умер, и например, из-за шока он не хочет признавать это, и пытается убедить себя в том, что отец жив и здоров, просто далеко работает, но все так же любит сына. Он читал где-то об этом в книгах, но чем больше вспоминал, как это там объяснялось – тем больше беспокойство охватывало Лео.  Филипп всегда болезненно реагировал, если его пытались уверить в том, что его отец мертв. Он плакал, заверяя, что отец жив, а письмо он потерял. Стараясь скрыть беспокойство, Лео улыбнулся и взъерошил волосы Филиппа.
-Я рад за тебя, правда, - сказал он, решив не травмировать ребенка.
Сгребши всех в охапку, Лео улыбнулся, слушая их восторженные рассказы, но не спуская глаз с Филиппа.
-А я научилась рисовать!
-А Оскар научился читать!
-Я вами очень горжусь, - сказал Лео, - Помните, что вы все моя большая семья, и я вас всех очень люблю.
Дети начали обнимать Лео еще крепче, громко уверяя его в том, что они его тоже очень любят.
- Как чувствуют себя дети? – услышал он голос Эллиота.
- Все так же, господин Элиот. Вас проводить к ним?
Эллиот сдержал паузу, а потом, слегка поморщившись, посмотрел на Лео, словно спрашивая его. Он часто так делал, хотя иногда и знал ответ. Ему нужно было что-то вроде совета.. Лео кивнул Эллиоту, отпустив детей играть, и обещая снова вернуться. Стоило все же проведать их, а потом сыграть на фортепиано в четыре руки, как они обычно делали. Чтобы у детей было желание поправляться, подарить им хотя бы немного счастья. Состояние их беспокоило Лео больше всего, и это уже, наверное, становилось заметным. Поправив очки, он снова улыбнулся, и только Эллиот сейчас мог видеть его насквозь.

0

6

Как и ожидалось – молчаливый вопрос понят в точности, а едва заметный кивок в качестве ответа был красноречивей самой длинной, переполненной эпитетами и метафорами вслух произнесенной фразы. Найтрей – в который раз! – поразился своей удаче и счастливому случаю, познакомившему его с Лео – верным и иногда до ужаса понимающим другом. Когда-то Элиот и представить себе не мог, что в его жизни появится такой человек, буквально понимающий с полуслова, - собственный несносный характер и совершенное нежелание видеть рядом глупых людей ясно давали понять всем вокруг, что завоевать место в сердце юного Найтрея практически невозможно. Но жизнь любит преподносить сюрпризы, и появление у высокомерного мальчишки собственного слуги было удивлением как и для него самого, так и для общества. Сколько слухов ходило, о чем только не говорили за спиной, когда наследник одного из Великих домов обзавелся слугой-простолюдином! Все были против, все были недовольны – никто не понимал…

Мысли были по-своему приятные: тогда пришлось пройти через многое, но результат того стоил. Элиот не заметил даже, как вечная морщинка между бровей разгладилась, а уголки рта дрогнули – невольно хотелось улыбнуться хорошим воспоминаниям… Но внезапный и слишком громкий возглас кого-то из детей в соседней комнате вывел юношу из задумчивого оцепенения – и Элиот почувствовал, как щеки заливает румянец: завис посреди коридора с глупой улыбкой на лице! Что теперь о нем подумают?! Найтрей-мечтатель? Ха!

- Идем! – подхватив слугу под руку, Элиот резво потащил его в комнату, за дверью которой только что скрылась миссис Фин. Он прекрасно понимал, что они не в состоянии чем-то помочь болеющим детям, но то, что они просто навестят их, посидят рядом, спросят, что говорят врачи… Пользы никакой, но была в этом какая-то особая символичность, которая трогала всех – и болеющих, и их навещающих.

В комнате было тихо. И только когда прислушиваешься, со стороны нескольких маленьких кроваток слышалось еле заметное сопение. Элиот, уверенный, что в помещении с больными должно выносимо вонять лекарствами, нахмурился – пахло только апельсинами, кожура которых заполнила чуть ли не всю ближайшую тумбочку. Найтрей вопросительно глянул на мимссис Фин:

- Детей лечат апельсинами? – строгий Элиот, тщетно старавшийся понизить свой всегда громкий голос до шепота, выглядел не слишком устрашающе перед тучной матроной миссис Фин – Найтрей скорее был похож на недовольного ребенка, которому не досталось того самого апельсина. Впрочем, зеркала рядом не было, а статус хозяина (пускай будущего, но хозяина) стоило поддерживать.

- Что вы, господин Элиот! Не помогает деткам ничего – вот и ухаживаем, как можем… - грустный голос женщины словно и не нарушал тишину – был частью ее. Как и ответ не нарушил душевного равновесия Найтрея – он ожидал его. Слишком долго болеют дети, слишком долго трудятся над неизвестной болезнью доктора – по крайней мере, Элиот надеялся, что они трудятся, он ни разу не застал ни одного из них в приюте. Но не верить словам собственного отца было выше сил воспитанного в строгости наследника.

Вздохнув и оставив Лео наедине с его маленькими братьями и сестрами, Найтрей тихонько выбрался обратно в коридор, прикрыв за собой дверь. Теперь его ждало любимое развлечение, которое одновременно было средством от головной боли. В соседней просторной комнате, в углу, стояло фортепиано, за которым когда-то коротал дни его слуга. После того как Лео покинул приют, его тишину редко нарушали звуки музыки, но ни один приезд младшего Найтрея теперь не обходился без ее исполнения. Так и сейчас – Элиот, подняв крышку, вздохнул и взял несколько нот, тут же услышав, как шумевшие в другой комнате дети притихли. Мелодия, уже хорошо им знакомая, была одной из тех, которые он когда-то написал сам.

+1

7

     Oz Bezarius

     20 июля, 17 - 22.
     Проливной дождь, холодно, сыро. Слякоть на всех дорогах.

     Город трущоб ------>

     Куда именно делся Гилберт, Оз не знал, а потому сейчас он шёл, «куда ноги надумают», рассматривая по дороге развалины некогда великого города. Сабрия странным образом действовала на всех, даже Оз теперь выглядел притихшим. Хотя шуметь ему было и не на кого, поскольку вокруг не было ни души. Вот попадись ему только этот Гил…
     Но вместо Гила Озу попалось на глаза странно целое для этого города здание. Кроме того, жилое: он сам видел, как за дверью скрылась пара детей, прибежавших откуда-то из-за развалин. Вполне может быть, что Гилберт здесь.
     Вскоре Оз уже был внутри, с любопытством оглядываясь по сторонам. Его встретила женщина в одежде, больше всего напоминающей монашескую. Она вовсе не была недовольна, что он явился без приглашения, даже наоборот благодарила. Разговорчивость Оза и его умение сходиться с людьми помогли ему без труда выяснить, что это здание - детский приют, а многие дети больны. Быстро сориентировавшись, Оз подтвердил, что пришёл именно затем, чтобы навестить их, и последовал за женщиной, предложившей его проводить. Конечно, он не мог пройти мимо, если бы знал, привёз бы им что-нибудь, но кроме этого его заинтересовало и кое-что ещё. Словоохотливая «проводница» упомянула, что некий господин Найтрей тоже здесь.
     - Элиот?!- хотя этим господином Найтреем оказался не Гил, радость в голосе Оза была вполне искренней. Женщина, встретившая его, удивлённо взглянула на них по очереди, но тут же улыбнулась и вошла в комнату, дверь которой только что прикрыл за собой Элиот.- Я знал, что мы ещё встретимся! А что ты тут делаешь?

0

8

/начало игры/
20 июля, 12-17 часов.
По сравнению со вчерашнем днем потеплело, но по-прежнему пасмурно. Ближе к вечеру ожидается дождь.

Сначала показалось, что Элиот впал в одно из тех состояний, когда уходишь в свои мысли и воспоминания так глубоко, что самостоятельно выбраться уже не получается – необходимо чужое вмешательство вроде легкого прикосновения или оклика. Однако, только Лео собрался что-нибудь сделать, Найтрей, тряхнув головой, быстро сориентировался и потянул слугу за собой, в комнату с больными детьми. В лицо пахнуло резким ароматом свежих фруктов и – чуть заметно – тем особым запахом лечебного сна, который принято считать лекарством от всех болезней. Чем плохи апельсины, Лео не понял: в них много витаминов, и дети их любят; при недомоганиях обычно портится аппетит, из-за чего перед сиделками стеной встает проблема как-нибудь их накормить. Фрукты не самая лучшая замена полноценному питанию, но это уже что-то. Все-таки, от круглосуточного пичканья лекарствами вреда может быть куда больше, но о них здесь почему-то вообще не говорили.
Дети были бледны, с запавшими щечками и тусклыми глазами. Даже радость от того, что их пришли навестить, не зажгла в них ни искорки. «Это плохо. Похоже, болеть они будут долго. Они слабы, чувствуют себя хуже некуда, а мы ничего не можем сделать. Чем дольше это тянется, тем сильнее выматывает всех». Присев на кровати маленькой девчушки, которая казалась теперь фарфоровой и хрупкой настолько, что на нее страшно было дышать, Лео мягко погладил ее по голове и убрал непослушную челку с горячего лба. Элиот напустил на себя поистине королевский вид и исчез за дверью. Нетрудно было догадаться, куда и зачем он направился. Лео не последовал за ним, дав тому немного времени. Найтрей таскал слугу за собой повсюду, но также и повсюду легко бросал, стремясь остаться в одиночестве. В своем противоречии ему не нужно было заботиться о присутствии друга – Лео всегда оказывался рядом, не нуждался в дополнительных приглашениях. Но иногда надо было проявлять понимание, и хотя бы на пару минут оставлять его в покое. Рассеянно улыбаясь девчушке, которая, прекратив жаловаться на головную боль, перешла к пересказу своих снов (о чем еще она могла рассказывать, когда работницы приюта, строго соблюдая ими же воздвигнутые режимы, из постели не выпускали?), он думал про Филиппа. И еще о том, что здесь, в приюте, очень редко слышит какие-либо жалобы от детей.
Мгновенно тишина наполнила комнату, словно солнечный свет ранним утром. Маленькие горячие ладони сжали руку Лео, и почему-то вспомнилось: «Ангел пролетел». Элиотовская игра на фортепиано завораживала малышей, они моментально затихали и обращались в слух. Каждый раз. Было в этом что-то странное и не совсем нормальное. Еще более странным было то, что детское внимание испарилось так же быстро, как возникло: кто-то из мальчишек беззастенчиво забрался на кровать и принялся пихать Лео в спину, требуя своей доли общения. Резко обернувшись, брюнет за плечи переволок его к себе не колени и принялся щекотать. Только когда малыш раскраснелся от смеха, ему дали возможность отбиться и радостно устремиться к вошедшей женщине. Та коротко сообщила, что к ним пришел посетитель.
«Кто это может быть?» - это действительно заинтересовало. В приют не часто приезжали незнакомцы. Почти наверняка посетитель столкнулся с Элиотом, и уж точно наверняка Элиот прервал игру из-за столкновения с посетителем. Лео заговорщицки приложил палец к губам, приказав детям вести себя потише, и бесшумно выскользнул за дверь. Увидев старого знакомого, он предусмотрительно замер в стороне, готовый, в случае чего, снять напряженность встречи и прийти к нему на помощь, если Элиот снова выйдет из себя, как это у него обычно бывает.

+1

9

«Какого черта?!»  - нисколько не остроумную и довольно грубую для наследника герцогского дома мысль сопроводила резко прервавшаяся музыка  и, пару секунд спустя, громкий, режущий слух звук не сочетающихся между собой нот, раздавшийся жалобно изнутри инструмента, когда Найтрей, узнав хорошо знакомый мальчишеский голос, бесчеловечно ударил по клавишам фортепиано. Ударил и сжал зубы, злясь то ли на собственную несдержанность, то ли на безумно раздражающего мальчишку Безариуса, явившегося из ниоткуда и без приглашения.
- Я знал, что мы ещё встретимся! А что ты тут делаешь?  - вопросу было суждено остаться без ответа – Элиота гораздо больше волновало, какого черта сам Оз делает здесь. Мало того, что в найтреевском приюте, ведь на территорию его семьи Безариусам вход заказан, так еще и в самом Сабрие, куда в здравом уме и твердой памяти не сунется никто. Но каждая встреча с Озом все больше убеждала младшего Найтрея в отсутствии самых крошечных крупиц здравого смысла в блондинистой голове. И свалился же этот дурак на его голову!
- Вопросы тут задаю я! – Элиот вскочил со стула и резко развернулся, с грохотом захлопнув крышку фортепиано и в один момент забыв и о головной боли, и о целительной силе музыки, и о больных детях в соседней комнате. Можно было сделать скидку на то, что все в приюте уже привыкли к бурным всплескам эмоций будущего хозяина, а он, в свою очередь, привык к тому, что к нему привыкли, но, по-хорошему, радовать больных детей громкими воплями не следовало, будь ты хоть трижды важной шишкой, – говорят, от раздражающих криков может разболеться голова. Одна проблема: Элиот не умел останавливаться вовремя, срывая все тормоза и отключая мозги в такие моменты крайнего бешенства.
- Ты!.. – свалившийся как снег на голову бестолковый коротышка вывел вспыльчивого юношу из себя в мгновение ока, и что-то подсказывало, что причины, приведшие Оза сюда, только усугубят положение, - …тебе здесь быть не положено! Какого черта?!
В представлении Элиота Найтрея был только один способ поприветствовать того, кого он не хотел видеть или, чаще всего, не ждал: выхватить из ножен меч и направить его точно в лицо нежеланному гостю – так, чтобы тот шарахнулся в ужасе и в момент понял свою ошибку. Юноша как раз схватился за рукоять, но встретился взглядом со своим слугой (хотелось верить, что встретился – за этими очками ни черта не видно же), незаметно выскользнувшим из соседней комнаты. Посмотрел-посмотрел – несколько секунд тишины – и выпустил и рукоять, и предусмотрительно придержанные для удобства маневра ножны. Поджал губы и, не давая Озу возможности сказать хоть что-нибудь внятное, рявкнул, вымещая в голосе все свое недовольство, которое не удалось выместить взмахом меча:
- Совсем спятил – явился в такое место один?! – трудно было точно сказать, какое именно место Элиот имеет в виду: то ли Сабрие вообще, то ли именно дом Вайны. В сознании юного Найтрея еще не отложился тот факт, что за Безариусом вечно хвостом плетется Гилберт, ведь Элиот видел их всего раз вместе. Ну а в том, что Озу хватит мозгов (точнее, их отсутствия), чтобы явиться в столь опасное место, разрушенную столицу, одному, сомневаться не приходилось – Элиот еще  при встрече в Академии наградил нового знакомого метким описанием: малявка-бестолочь. Еще тогда очень хотелось стукнуть Безариуса чем-нибудь тяжелым – глядишь, хоть какие-то извилины встанут на место, если они вообще имелись, разумеется. Но пока Найтрей только сжимал и разжимал кулаки - время хорошей трепки еще не пришло. Да и под рукой ничего подходящего не было... Кроме стула.

+1

10

     Oz Bezarius

     20 июля, 17 - 22.
     Проливной дождь, холодно, сыро. Слякоть на всех дорогах.

     Приятно, когда твоё появление вызывает такие яркие и искренние эмоции. Оз не был дураком, чтобы не отличать счастливые возгласы от гневных воплей, но был уверен, что на самом деле Элиот только притворяется рассерженным.
     - О, и Лео здесь!- Оз приветственно помахал ещё одному знакомому. Он, как и Элиот, тоже повысил голос, но по-другому, и радости в нём нисколько не убавилось.
     На несколько секунд Оз умолк, озадаченно переводя взгляд с меча Элиота на его лицо и обратно, а потом улыбнулся снова.
     - Я тоже рад видеть тебя, Элиот!- в следующее мгновение он оказался рядом и от всей души пожал руку, едва успевшую отпустить рукоять меча. Скорее всего, Оз не избежал бы мести, но это если бы он остался на прежнем месте, а не переместился так же быстро к Лео, чтобы поприветствовать и его.- Вы приехали, чтобы навестить детей? Я всегда знал, что ты на самом деле очень добрый, Элиот!.. А я Гила ищу. Я сюда приехал с ним и с Алисой, а потом он куда-то сбежал,- он немного посерьёзнел.- Наверняка он уже попал в неприятности. Вы его не видели?
     Оз с надеждой переводил взгляд с Лео на Элиота, но на самом деле, конечно, понимал, что вряд ли Гилберт был здесь. Разве Элиот отпустил бы его одного непонятно куда? Да и странно было бы, если бы Гил сбежал, пока они с Алисой спали, только для того, чтобы навестить детей. Разве это достаточно опасно, чтобы он добровольно покинул господина? Хотя, с другой стороны, Гилберт вообще хотел оставить его в поместье Рейнсворт…

0

11

Нет, этот парень не был самоубийцей. Он был всего лишь очередным безумцем, но безумцем умным, возможно интуитивно. Его, казалось бы, легкомысленное поведение, неподдельная радость в голосе и непобедимое стремление подружиться со вспыльчивой занозой, пусть даже найтреевской породы, что оттолкнуло бы любого другого Безариуса в силу исторической вражды, - все это было направлено в правильное русло. Элиот абсолютно точно не выдержит такого напора. Есть в Озе что-то… странное? Необычное? Располагающее? Лео пока не решил, а потому чуть улыбнулся Элиоту и одобрительно кивнул. «Молодец, хороший мальчик. Приют, заполненный больными детьми – не самое удачное место для кровавых разборок и расправ. Ты тоже это понимаешь». Как только Оз обернулся и заметил его, улыбка стала шире. Лео поправил очки и понадеялся, что чрезмерная живость Безариуса и скачки по комнате помешают разглядеть некоторую натянутость. Он был рад нарушителю элиотовского спокойствия, против него ничего не имел, но Элиот опять разнервничался, а на вспышки неконтролируемого гнева тратится много сил. Да и Сабрие, все-таки…
Лео хотел приблизиться и оттащить Оза на спасительные пару метров, от греха, но тот сам подскочил за порцией приветствия. Брюнет сжал протянутую ладонь и немного помедлил, продержал ее дольше положенного.
- Не обращай на него внимания. Очень неожиданно увидеть тебя тут. Ты раньше не знал о приюте, нашел его только сейчас? Элиот, прекрати кричать, - быстрый полуоборот в сторону господина, легкое постукивание пальцем по губам, тихий спокойный голос, привлекающий внимание – если наследники герцогских домов не расслышат, это их проблемы. – Ты здесь не один. И ты не дома. Соображай немного, где находишься.
За резкость можно получить, и с лихвой. Но чем яростней повышает тон Элиот, тем сильнее старается Оз, настраиваясь с ним на одну волну. И кто еще решится это пресечь, если не он? Если и есть в приюте неразумные дети, то они прямо перед ним.
«Ох уж эта аристократическая избалованность, никакого воспитания».
Предоставив молодому мастеру самостоятельно отвечать за действия сбежавшего старшего брата и гадать, куда тот мог деться, Лео отвлеченно уставился в пол. «Гилберт – член «Пандоры». Человек с опытом, знающий свое дело, не стоит так уж за него переживать. Даже если он здесь впервые, постоять за себя сумеет. А вот Оза теперь в одиночку не отпустишь, уж он-то мимо неприятностей не пройдет, а, значит, ответственность за его безопасность перекладывается на нас. Хорошо бы вывезти его отсюда и как-нибудь втолковать, что это не место для прогулок и дружеских встреч. Но ведь он не уйдет один, непременно отправится искать. В самый центр. И Элиот, конечно, не бросит его и тоже туда направится. Он сказал, что ищет, но не сказал настоящей цели этого визита. Не хочет о ней говорить, что-то скрывает, или… он ведь не так прост, как кажется. И… стоп, один? Он же что-то упомянул про Алису. Ее здесь нет, и он о ней как будто не беспокоится. Почему? Интересно, Элиот заметил?»

+2

12

Тихое, но твердое напоминание о том, что следует вести себя тише, достигло своей цели моментально – слуга обладал странной до нервного тика способностью ставить своего господина на место одной только фразой. Еще около минуты гневного пыхтения в адрес обменивающихся любезностями глупого Безариуса и бестолкового слуги, и Элиот даже заинтересовался разговором, а интерес пересилил  недовольство.
- А я Гила ищу. Я сюда приехал с ним и с Алисой, а потом он куда-то сбежал. Наверняка он уже попал в неприятности. Вы его не видели?
- Гилберт? Так это он притащил тебя сюда? – Найтрей сосредоточенно нахмурился, размышляя над странным стечением обстоятельств. Может, Оз и казался порой безмозглым мальчишкой, но Гилберт, несмотря на подмеченную Элиотом трусость и безответственность в отношении чести семьи, был взрослым молодым человеком, здравомыслящим и разумным. Впрочем, наследник только в глубине души считал брата таким и чертовски не любил признаваться самому себе, что был не прав в чем-то. Поэтому реакция на слова Оза была соответствующей.
- А он какого черта здесь забыл? Жаждет встретиться с отцом? – Элиот нарочно безразлично фыркнул, скрывая свое беспокойство и заинтересованность. Со стороны старшего брата было неразумно оставлять Оза, да и еще какую-то девчонку Алису, если тот пошел в Пандору… И весьма логично, если Гилберт полез в расселину -  в карете было всяко безопаснее. Только в голове не укладывалось, на кой черт надо было тащить с собой Безариуса, у которого на лице написано, что он постоянно влипает в переделки всякого рода и степени опасности, если Гилберт на задании.
- Тебе не стоит здесь оставаться, - молчаливые размышления и беседа с самим собой привели Элиота к этому логичному решению в кратчайшие сроки, - Безариусам нечего делать в приюте моей семьи.
Найтрей как можно пренебрежительней пожал плечами – не очень-то хотелось вдруг прослыть заботливой мамашей, беспокоящейся о здоровье не кого-нибудь, а Безариуса, которого вообще следовало бы выпроводить сразу же, напутствовав парой ласковых в адрес его геройского Дома. Только Оз и правда располагал к себе и нравился Элиоту, своей добродушной улыбкой руша все устоявшиеся и внушенные отцом представления о двуличности и подлости якобы самых главных врагов их семьи. Переступать через идеи, с которыми он рос с детства, было сложно, это давалось с большим трудом, но, черт возьми, очень хотелось избежать скандала, если вдруг отец узнает, что Оз был здесь, -  и не столько потому, что достанется самому Элиоту, а сколько из-за того, что конфликт двух Домов от этого только усугубится.
Элиот подхватил пальто и молча прошествовал к двери, распахивая ее и впуская в помещение запах дождя, смешанный с нерушимой затхлостью Сабрие, которую не мог разбавить даже продолжительный ливень. Найтрей  все решил для себя – Оза надо было сдать на руки Гилу либо Пандоре, если брат не найдется, чтобы не нарывался на неприятности в Доме Вайны. И ни в кое случае не оставлять глупого Безариуса без присмотра – ведь этот белобрысый мальчишка даже меч толком держать не умеет.
- Идем. Найдем моего брата-идиота. А не найдем – отправишься я в «Пандору», – не терпящий возражений тон и кивок, специально предназначенный Лео – мол, собирайся поживее и лучше молчи. Элиот накинул на плечи пальто и вышел под непрекращающийся дождь - не сильный, но противно-навязчивый. Слабая и наивная надежда быстро  управиться с устройством Безариуса подгоняла.

+1

13

Пока Элиот сотрясал воздух, юный Безариус с интересом оглядывался. Казалось ему было интересно все: Помещение, мебель, книги на полках, пейзаж из окна, даже точка на полу, которую с таким интересом рассматривал Лео. Вообще ему очень интересен был этот приют, нужно будет расспросить Гилберта о нем поподробнее. Чем больны эти дети, что заставило достаточно эгоистичный Дом содержать такой приют и, самое главное, что здесь делают Элиот и Лео, обычно совпадение и именно в этот день юный Найтрей решил посетить этот приют или нечто большее? Приют на окраине развалин Сабрии...
Оз тряхнул головой, чтобы отбросить эти мысли, из-за последних событий он стал слишком подозрительным, расскажи он это своей сестре она, наверняка, обсмеяла бы его за детские фантазии.
- Тебе не стоит здесь оставаться, Безариусам нечего делать в приюте моей семьи.
Услышав знакомое «Безариус», Оз частично вышел из прострации и пожал плечами, показывая Найтрею, что настаивать он не собирается.
«Интересно, откуда все-таки возникла эта вражда между Найтреями и Безариусами. После того как Джека объявили героем, а дом Найтреев обвиняли в продажности, конечно, опредленый холодок должен был появиться, но не мог же он стать основой для откровенной клеветы, которая процветает в обоих Домах» - размышлял Оз. Впрочем, клевета о доме Найтреев мало его интересовала, он видел перед собой человека, который ему нравился и который однажды, можно сказать, спас ему жизнь и юный Безариус не мог позволить глупым предрассудкам встать между ними.
- Идем. Найдем моего брата-идиота. А не найдем – отправишься я в «Пандору»
Оз поднял глаза на Элиота. В животе возникло какое-то неприятное чувство. Они находились в такой глуши, а количество личностей, желающих укоротить жизнь его друзей, столь стремительно росло…
-Да, пора бы уже найти этого недотепу,- уверенно сказал Оз,- а то… заблудится еще.
Он постарался не показать, насколько сильно он волнуется, не стоило давать взрывному характеру Элиота пищи. Он выбежал на улицу за Элиотом, подставив лицо мелким капелькам дождя, явно наслаждаясь, тем как струйки стекают по щекам. Он дернул Найтрея за рукав, обращая на себя внимание.
-Да и кстати, пока я не найду Алису, даже силком ты не отправишь меня в «Пандору»,- с вызовом сказал Безариус, но не смотря на это, на его лице была искренняя располагающая улыбка. Он не хотел ссориться с этим человеком, но и оставлять тут друзей не собирался. Одно дело Гил, он уже давно не тот маленький слуга, с которым они постоянно дурачились, Гилберт может за себя постоять, но Алиса, такая не самостоятельная, такая… такая… Алиса.
-Давай просто найдем их? – сказал он неожиданно серьезно глядя в глаза Элиоту, крепче сжав руку на рукаве, в этот момент ему так хотелось, чтобы этот человек оказался его старшим братом, который развеет все его страхи. 
Червячок тревоги, который, казалось, забрался к нему в живот, не давал ему покоя. Юный Безариус инстинктивно чувствовал, что нужно спешить.

Отредактировано Oz Bezarius (2011-07-12 19:55:27)

+3

14

Обстановка разрядилась, и Лео облегченно вздохнул, позволяя себе отвлечься от несомненно по-своему интересных, но все же мрачных мыслей. Элиота занимало только одно: как бы побыстрее увести Оза подальше от владения Найтреев и сбагрить его кому-нибудь; зато Оз с удовольствием цеплялся за все, что под руку подворачивалось. Пойти искать друзей? Не проблема! Наткнуться на неизвестное здание и посмотреть, что это? Запросто! Увидеть Элиота, который своей неумелой неприступностью отчего-то подбрасывал дров в огонь желания “подружиться”? Прекрасно, так даже лучше! Смешать первое со вторым и третьим, и получится забавный салат из приключений. В хорошей компании и неудачи принимать проще. Хотя, смотря какие неудачи…
«Надеюсь, они знают, что делают».
Следовало немного задержаться в приюте, хотя бы для того, чтобы пояснить миссис Фин причину быстрого ухода господина, наскоро попрощаться с детьми, захватить плащ из грубоватой дешевой ткани, который Элиот благополучно забыл. Юный герцогский отпрыск не умеет думать одновременно о нескольких вещах; если одна захватывала, то захватывала целиком, и на все остальное у наследника дома не оставалось ни сил, ни времени. Наверное, научится чуть позже. А пока долг слуги требует разгребать то, о чем забыл господин. Когда Лео вышел на улицу, молодые люди успели отойти на приличное расстояние. Поморщившись от воды, – он не любил сырость и терпеть не мог ощущение медленно тяжелевших от дождя волос, – поспешил вдогонку, чтобы не потерять их из виду. Сабрие – место опасное, здесь ничего не стоит что-то потерять, кого-то упустить, наделать глупостей и не успеть предотвратить их. Надо быть рядом и все время начеку.
«Оз говорит о Гилберте точно так же, как я про Элиота и наоборот», - отношения между Безариусом и его обожателем интриговали многих, и Лео не был исключением. – «Учитывая, что формально они почти одного возраста, это может считаться нормальным… но на деле Озу никак не дать 25. Ни внешне, ни по образу мышления. История о наследнике, который в день своего пятнадцатилетия пропал на десять лет, до сих пор будоражит всю страну, к нему приковано множество глаз, ненужных и зачастую лишних. А он преспокойно наблюдает, как взрослый старший Найтрей, герцог, как бы между прочим, не заботясь ни о чем другом, крутится вокруг него. Неудивительно, что Элиот бесится. Гилберт иногда выглядит очень глупо, но, все же, это здорово, что они держатся друг друга, что бы за этим не стояло – гнетущая вина, обязанность, ответственность, дружба или что-то иное. По сути, насколько сильно отличаются «они» и «мы»? Я… кажется, знаю».
Паренек невольно улыбнулся, вдруг подумав, что, если не брать в расчет десять лет, отобранных Бездной, первый на целый год старше второго, и это, конечно, дает ему неоспоримое право командовать. Общая отвлеченность дала сбой, когда он споткнулся о камень, потому как думать забыл о том, чтобы смотреть под ноги. А если бы и смотрел, капли на очках постепенно делали обзор невозможным. Очки во время непогоды превращались из важного атрибута в сущее наказание. Удержав равновесие, он бесполезно глянул на постранство, где располагались господин и товарищ, которые сбавили шаг – видимо, обсуждали свои важные дела. Провел рукой по мокрым волосам. Длинные пряди прилипали к лицу, вода с них стекала на воротник. Приятного мало, но надевать капюшон защитного плаща отчего-то не хотелось, и он покоился на плечах. Лео остановился неподалеку, чтобы ненароком не помешать, – за поведение господина на некоторое время он был спокоен, – и задрал голову вверх, к мутному небу. Это почти проблема – идти вслепую, ведь при Озе снимать очки он не собирается.
«Досадно».

0

15

Когда и без того раздраженного Найтрея дернули за рукав, казалось, что это последняя капля – вот сейчас он развернется, замахнется да как двинет этому коротышке кулаком, чтобы он в грязь шмякнулся и знал, где его место!.. Но не блещущий благородством порыв пресекся на первой же стадии – достаточно было взглянуть на Оза, заметить неподдельное беспокойство во взгляде изумрудных глаз, пусть и прикрытое обычной безариусовской улыбочкой, которая, по мнению Элиота, всегда была чересчур искренней. Как это – чересчур искренне – он плохо представлял, но про себя упорно продолжал характеризовать ее именно так. И никак иначе.
- Да и кстати, пока я не найду Алису, даже силком ты не отправишь меня в «Пандору», - кто такая эта Алиса, о которой уже не первый раз упоминает Оз, юноша не имел понятия. Однако эта незнакомая особа обещала расстроить планы Найтрея сдать Безариуса в руки «Пандоры» - уж очень уверенно говорил о своих намерениях Оз. Элиот не любил, когда его планам что-то мешало… или кто-то. И уж тем более какая-то никому неизвестная девчонка. Но и оставить эту девчонку без внимания он не мог – а вдруг с ней что-нибудь случилось?
- Надеюсь, эта твоя Алиса не обделена здравым смыслом, - сухо бросил Найтрей, отвернувшись от Оза, - «но в компании Безариуса это не было бы удивительным».
Вглядываясь в мутную пелену перед собой, гадая, с чего бы начать поиски, и совершенно не задумываясь о том, что логичнее и безопаснее было бы сперва сообщить о своих планах лицам, уполномоченным вести в этом месте расследования, Элиот сначала не заметил, что его опять дернули за рукав – с большим усердием, чем в первый раз. Хмуро покосился на Оза и невольно отпрянул вдруг – в те редкие моменты, когда Безариус становился слишком, ужасающе серьезным,  его взгляд словно пробирал до костей, и их разница в возрасте ощущалась как никогда отчетливо. Несмотря на свою внешность пятнадцатилетнего подростка, Оз иногда – чрезвычайно редко! – производил впечатление умудренного опытом человека… или хотя бы человека, пережившего значительно больше, чем многие его сверстники.
- Найдем, - поспешный кивок – дабы скрыть свое неловкое замешательство, и Элиот тут же переключил внимание на слугу, оставшегося позади, – настойчиво стряхнул руку Безариуса и подошел к Лео, принимая из его рук необходимый для путешествий по развалинам плащ неопределенного цвета и накидывая его на плечи.  Несколько секунд созерцания слуги в молчаливой попытке понять, что же он думает об этой затее прогуляться по Сабрие, ведь последний их визит туда закончился плачевно – сутки в кровати и частичная потеря памяти, но… Вдруг словно что-то щелкнуло в мозгу – и убеждение, что о том случае вовсе необязательно вспоминать и уж тем более напоминать о нем Лео, заставило резко развернуться, скрывая уже намокшие волосы капюшоном, и стремительно направиться вперед, во мрак развалин древней столицы. Рука машинально сжала эфес меча, будто готовясь выхватить оружие в любой момент, ведь никто не знает, что ожидает их уже за первой полуразрушенной стеной города трущоб.

------> Сабрие, город трущоб

0


Вы здесь » Pandora Hearts RPG » Уничтоженная Сабрие » Дом Вайны, Белого Ангела


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC