Pandora Hearts RPG

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Pandora Hearts RPG » Найтрей » Комната Элиота


Комната Элиота

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Комната Элли ничем не отличалась бы от других комнат поместья, просторных и прибранных, если бы не высокие стопки всяких разных книг по углам, рядом с креслами, рядом с прикроватным столиком, на нем самом... На каминной полке, на подоконнике - везде. Разве что не в центре комнаты - Элли периодически там прибирается. А на широкой кровати с пологом приходится спать, поэтому и на ней книги не скапливаются. Обычно.

0

2

------------> Библиотека, 19 июля

Время: 20 Июля, утро - с 6 до 12ти.
Погода: Ветрено, без осадков. Достаточно холодно для летнего месяца.

Элиот проснулся достаточно рано. Он вообще не привык долго спать и нежиться в постели: будучи весьма организованным юношей, он старался следовать хотя бы какому-то подобию ежедневного графика. С этим было просто в академии, но дома удавалось не всегда – всякие неожиданные визиты, приспичившие Ванессе правила безопасности, вдруг отмененные занятия по причине непогоды – что угодно могло перемениться или передуматься и сбить планы на весь день.

Например, вчера Элли вообще проспал полдня в библиотеке – другого развлечения младший Найтрей не нашел. Все разъехались, наказав не высовывать носу из дому. К вечеру вернулся Лео и попытался ликвидировать душевное унынье своего друга. Это у него почти получилось – вести из приюта Лео привез не самые лучше, поэтому Элиот загорелся идеей срочно ехать в Дом Вайны, чтобы с несвойственной ему заботой ухаживать за детьми. Только упрямый слуга пресек его идею на корню – мол, уже поздно, никуда ты не поедешь, это опасно, дождемся завтра. Порой спорить со слугой было себе дороже. И значительно опаснее, чем спорить с самим Элиотом.

Поездка в окрестности Сабрие была запланирована на сегодняшнее утро. Найтрею не терпелось поскорее выбраться из четырех стен – хотя, конечно, экскурсии в руины бывшей столицы никогда его особо не радовали. Выбор места для приюта до сих пор казался ему странным, но приходилось мириться. Лео привык – значит, и Элиот скоро перестанет чувствовать, как по спине ползут мурашки, когда за окном экипажа появляются развалины когда-то красивых домов великолепнейшей из столиц мира.

Элиот поспешно выбрался из кровати, попутно запутавшись в огромном одеяле и чуть не грохнувшись на пол. Тихие ругательства и риторические вопросы о пользе огромных спальных мест, роившиеся в голове, постепенно сменились воспоминаниями об очередном не самом приятном сне. Элли почти каждую снились сцены из чьей-то чужой, совсем не его жизни. Найтрею хотелось так думать – но уж больно рука, сжимающая во сне такой знакомый меч, была похожа на его собственную. Кошмар, наваждение, бред, преследующий его ночами, а иногда – днем, когда вдруг начинает раскалываться голова… И никто не знает, что с ним творится и как с этим бороться. В общем-то, никто и не в курсе, что наследник Найтреев мучается кошмарами, кроме Лео, который всегда готов позаботиться о своем друге и успокоить его. Если бы он еще снимал очки – так хотелось иногда отчетливо увидеть искреннюю заботу и беспокойство во взгляде потрясающе красивых аметистовых глаз. Но просить об этом, еще больше обнажая собственную слабость, Элиот не мог. Слишком упрям и горд.

Дальнейшие водные процедуры и процесс переодевания были слишком стандартными и обыденными, чтобы заострять на них внимание. Завтракал Найтрей в своей комнате – он неважно себя чувствовал – очередная почти бессонная ночь, привычка и необходимость вставать рано давали о себе знать. Да и беспокоить раньше времени Лео своим самочувствием не хотелось – выяснят этот вопрос уже в экипаже, на пути в Сабрию, если вдруг крепкий кофе не поможет Элиоту взбодриться. Можно было только надеяться, что слуга занят сборами – надо было прихватить кое-какие лекарства, гостинцы, предупредить матушку и сестру – и поэтому не зайдет к Найтрею сейчас, когда он пытается запить полудохлое состояние ненавистным кофе. Элли не любил кофе. В случае явления Лео во время завтрака, чашка этого темного напитка перед Элиотом не смогла бы ввести друга в заблуждение – скорее наоборот.

Но Лео не пришел. Найтрей спокойно закончил завтракать, давясь кофе, и сразу собрался в дорогу, накинув поверх костюма плащ и подхватив стоявший у кровати меч. Теперь отсутствие верного слуги раздражало – его придется искать самому, теряя время. Элиот искренне надеялся, что Лео не заставит себя ждать, потому что орать, когда болит голова, Элиот не любил. Но упустить случая как следуют рявкнуть никак не мог.

--------------> Парадный вход

0

3

<<< Парадный вход

Лео вбежал в комнату и понял, что, в принципе, ничего не пропустил: Элиота как раз укладывали на кровать. Все присутствующие говорили исключительно шепотом, что очень раздражало.
Слуги предприняли попытку выгнать Лео из комнаты, утверждали, что сами присмотрят за господином, а "тебе, мальчик, выспаться бы лучше, ты иди". Говорили они по-доброму и явно беспокоились о его состоянии, но вся их забота была бессмысленной. Лео качал головой, сохраняя мрачное выражение лица, но говорил достаточно вежливо. В итоге на него просто перестали обращать внимание, забрали меч, на который до этого опасливо косились все присуствующие, и Лео забился в угол комнаты и стал наблюдать молча.
Слуги приходили и уходили, то и дело склонялись над Элиотом, подкладывали ему подушки под голову - а потом убирали. Это мельтешение не давало Лео уснуть.
В какой-то миг пришел доктор, допросил Лео о том, что случилось с Элиотом. Заново рассказывать не пришлось - вряд ли мужчине действительно были интересны их похождения. Лео кратко пересказал, как и чем ранили господина. Доктор отогнал всех слуг, стоявших рядом с кроватью, начал кружить над Элиотом, мазать его какими-то лекарствами и перебинтовывать рану. Лео устало прикрыл глаза.
- Давай и твою рану на лбу обработаю, - предложил Доктор.
Лео попытался отказаться, но мужчина цыкнул на него и принялся за дело. После перевязки врач сообщил, что Элиоту требуется отдых, предложил Лео сесть в кресло, а остальных слуг тактично выгнал и прикрыл дверь.
Оставшись с бессознательным Элиотом наедине, Лео наконец-то выдохнул с облегчением. Он еще некоторое время постоял в углу, а потом стал ходить по комнате. Лео перекладывал книги, собирая их в аккуратные стопки. Это заняло достаточно много времени, и мальчик, несколько раздраженный из-за толпы слуг в господских покоях, наконец-то смог успокоиться.
Лео, следуя совету доктора, уселся в кресло, подобрал под себя ноги, уткнулся лбом в колени и, вяло проматывая в голове события дня, наконец-то смог уснуть.

Отредактировано Leo (2012-02-18 01:03:19)

0

4

Город трущоб ------> Парадный вход ------>

21 Июля, утро, 6:00 - 12:00.
Облака постепенно рассеиваются, уступая место солнцу и теплу. Влажная после дождя земля подсыхает.

Всепоглощающая пустота кругом. Болезненно непривычное чувство невесомости, смутно напоминающее покачивание на волнах, когда ты полностью расслабляешься в воде, и ветер, создающий рябь на ее поверхности, размеренное качает тебя, баюкает, позволяет забыться спокойным сном…
«Вовсе необязательно об этом помнить…»
Гипнотический голос, смутно знакомый и незнакомый одновременно, больше похож на шелест волн – такой же успокаивающий, такой же тихий и вовсе не навязчивый. Его приятно слушать, ему приятно повиноваться – никакого сомнения нет в том, что  он говорит правду.
«Проще забыть. Удобнее забыть. Лучше для всех…»
Мысли одна за другой испаряются, словно становятся частью этого безбрежного океана, волны которого баюкают не хуже любимой матери в далеком детстве.  Зачем они тебе? Ведь чем больше их вокруг, тем более мягким становятся волны – ты давно заметил это. И кажется, что их место – именно там, а вовсе не в твоей голове.

Темнота отступала мучительно медленно, упрямо давя на веки и не позволяя открыть глаза. Взгляд упорно не желал фокусироваться на чем-то темном и расплывающемся, которое вряд ли было ночным небом из-за своего отчетливого коричневого оттенка. А воздух… Обостряющееся в такие моменты обоняние уверенно сообщало, что пахнет здесь скорее книгами, лекарствами и чем-то цветочным, а вовсе не затхлостью полуразрушенной столицы Сабрие вперемешку с влажностью после дождя. А левая рука, машинально пошевелившаяся, стоило только приоткрыть глаза, чувствовала совсем не холодные камни мостовой, а знакомую вышивку покрывала, которым горничные обычно застилали господскую кровать.
«Уже… дома?»
В голове не укладывалось, как за минуты, проведенные без сознания, он оказался в собственной кровати. Последняя оставшаяся в голове картинка, после которой мир потемнел и исчез вовсе, сейчас была совершенно четкой:  Лео, ноги которого кольцами обвило огромное змееподобное создание, и человек в красном плаще, не удовлетворенный не слишком удачным попаданием стилета в цель…
Теперь дрогнула правая рука – воспоминания о пронзившей плечо боли были еще слишком явными. Однако теперь боли почти не было, а вот тугая повязка мешала как следует пошевелить рукой и проверить ее работоспособность.
…Потребовалось еще несколько минут, пока окончательно не наладилось зрение. Элиот, машинально сжимая и разжимая пальцы правой руки, сосредоточенно вспоминал все, что помнил: с того момента, как к ним заявился Безариус, и вплоть до того, как боль от впившегося в руку лезвия пронзила все тело, будто стилет был не один, а по крайней мере, с десяток. Все случившееся казалось дурным сном, и если бы не раненая рука, то Найтрей был бы в этом уверен. Не мог же он, черт возьми, столько проваляться без сознания?!
«Уже ведь утро. Солнце светит…»
Сквозь неплотно задернутые портьеры упрямо пробивался солнечный свет, намереваясь осветить всю элиотовскую спальню. Должно было пройти и правда много времени – вчера вечером небо было чертовски хмурым и не собиралось пропускать к земле солнечный свет.
- Интересно, который час… - вслух пробормотал Найтрей, поворачиваясь на бок, чтобы оглядеть пустынную комнату. На прикроватной тумбочке были разложены бинты и расставлены какие-то бутыльки – это от них так пахло лекарствами.  И больше ничего примечательного – чтобы взглянуть на часы, надо приподняться, а Элиот чувствовал себя так, будто пролежал неделю в кровати, ослабленный серьезной болезнью. Мелькнула навязчивая мысль, что такое вполне возможно, но…
Блуждающий по этой половине комнаты взгляд вдруг наткнулся на свернувшегося калачиком в кресле Лео.  Слуга не выглядел сильно побитым, чего Найтрей так боялся, но явно устал и сейчас мирно посапывал, таким образом, видимо, храня покой своего господина.
Будить его не хотелось. Кто же знает, сколько времени Лео провел на ногах? Однако же отправить его дрыхнуть в собственную комнату просто необходимо. Ну кто спит в кресле, свернувшись в три погибели?
- Эй, Лео! – чересчур громко в тишине комнаты, но иначе Элиот не умел. – Время вставать и нести господину завтрак.
Естественно, не серьезно и исключительно из привычной вредности. Не будить же слугу предложением вроде: «Вставай! В кресле же неудобно спать!». Слишком мягко. И явно слышится забота. Не хватало еще тех его шуточек…

+2

5

Лео спал достаточно чутко. Несколько раз он просыпался из-за того, что в комнату заходили слуги, желавшие узнать, что с Элиотом. Лео выпрямлялся в кресле, смотрел на заходивших, а они смотрели на него - исподтишка, но с явным интересом. Естественно, редко кто мог похвастаться тем, что видел лицо личного слуги Элиота. Одна служанка, добрая полная женщина, даже шепотом предложила посидеть в господской комнате, чтобы Лео смог отправиться спать по-человечески, на что получила отказ. Ей удалось лишь убедить мальчика снять плащ.
Через некоторое время Лео перестал реагировать на открывающуюся изредка дверь и старательно делал вид, что крепко спит. Ближе к рассвету его организм не выдержал окончательно, и Лео по-настоящему не стал замечать, когда кто-то заходил или уходил.

- Эй, Лео! Время вставать и нести господину завтрак.
Лео завозился в кресле, устраиваясь поудобней и толком не просыпаясь.
- Отстань, сам сходишь... - пробормотал он сквозь сон.
И вдруг Лео вспомнил, где находится и что произошло. Он хотел вскочить, но тело затекло так, что пришлось выпрямляться медленно и осторожно. Посмотреть в сторону кровати и вовсе оказалось очень проблематичным: казалось, что шея одеревенела.
Лео сполз на самый край кресла, весь подался вперед и уставился на Элиота, будто тот мог прямо сейчас опять войти в то странное состояние, когда появлялся Шалтай.
"Интересно, что он помнит?"
За достаточно большое количество появления Шалтая Лео так и не смог понять, как тот "исправлял" память Элиота.
- Ты очнулся, - констатировал совершенно очевидную вещь Лео, но быстро исправился. - Как ты себя чувствуешь? Ты упал прямо посреди боя, я думал, этот Баскервиль отравил ту штуку, боялся, что помощь не успеет.
Лео наконец-то расслабился и уселся в кресле поудобней. Воспоминания о приказе Элиота остались где-то на грани сна и яви, Лео даже не придал ему особого значения.
- Надо бы врача позвать, - пробормотал Лео, потирая повязку на голове, - и Гилберту сообщить о том, что с тобой все хорошо, он просил.
Вместе с тем, он не двигался с места, причем даже больше не из-за того, что устал и наконец-то по-настоящему почувствовал облегчение - ему нужно было услышать версию событий Элиота, причем, желательно, раньше, чем это сделает кто-то еще.

Отредактировано Leo (2012-03-17 21:15:07)

+1

6

Найтрей как раз завозился, приподнимаясь и усаживаясь на кровати, когда Лео что-то там пробормотал в ответ на его приказ – и хорошо, что Элиот за шорохом его не расслышал, иначе один очкастый (то есть сейчас не очкастый, но не суть) почти наверняка получил бы на орехи. Элиот попытался было поправить подушки, чтобы удобнее было сидеть, но поморщился, пошевелив забинтованной рукой – рана еще давала о себе знать ноющей болью при резких движениях.
«Может, на лезвии был яд? Иначе я бы не отключился из-за такого пустяка», - думал Найтрей, скрипя зубами от беспомощности и подпихивая подушки, которые упорно не желали ложиться ровно. Через одну-две неудачных попытки он плюнул на это дело и устроился, как пришлось – левая лопатка неприятно упиралась в твердую резную спинку кровати, но Элиот только морщился, более никак не выдавая своего недовольства.
- …Как ты себя чувствуешь? Ты упал прямо посреди боя, я думал, этот Баскервиль отравил ту штуку, боялся, что помощь не успеет, - Лео словно читал мысли своего господина, и Найтрей для верности еще раз пошевелил рукой – все на месте, все двигается и с чувствительностью все в порядке. Даже более чем – об этом красноречиво свидетельствовало перекошенное то ли от боли, то ли от негодования лицо наследника.
- Я в порядке, - чересчур жестко ответил Элиот, хмуро косясь в сторону своего слуги. Странно было видеть его таким:  густая и непослушная челка не закрывает пол-лица, и очков нет. Очень странно.
- Где твои очки? – Лео начал что-то говорить про врача и Гилберта, но сейчас это волновало меньше всего – даже напоминание о брате, поиски которого привели к встрече с Баскервиллями.
Закономерный вопрос и странно-навязчивое чувство дежавю. Висок неприятно кольнуло, и Элиот торопливо коснулся его пальцами, привычным движением массируя – такие короткие вспышки боли давно стали неотъемлемой частью его жизни, как и ночные кошмары. Но память упорно отказывалась воспроизводить что-либо дальше злополучного попадания стилета в плечо.
«Почти наверняка яд. Какой-нибудь особый, медленного действия, чтобы жертва мучилась долго. Странно, что я остался в живых», - подумал, но предпочел не произносить вслух – для начала надо бы переговорить с врачом.
- Плохо помню, что произошло, - не озвучивая свою догадку, пробормотал Найтрей, отвернувшись от слуги и сосредоточенно уставившись на пробивающийся через неплотно задернутые портьеры солнечный луч, - стилет прилетел так неожиданно. Это было очень… - герцогская гордость не позволила произнести слово «больно», - …неприятно.
На самом деле, он очень хорошо запомнил те ощущения. Все тело пронзило болью почти сразу после вонзившегося в руку оружия – было так больно, что он не смог удержаться на ногах и упал на мостовую… а дальше?
- Что случилось с Баскервиллем? – встрепенувшись, Элиот резко развернулся к слуге. – Он тебя не ранил? А его Цепь? Я видел, как…
Та огромная змеюка могла запросто переломать слуге все кости. Лео тут же подвергся внимательному осмотру. И если раньше Найтрей обратил внимание только на то, что слуга не прячется за очками и челкой, то теперь осознал, что повязка на голове – не просто так. Но в остальном Лео казался целым и невредимым – и Элиот не сдержал вздоха облегчения.

+1

7

- Я в порядке.
Лео на несколько мгновений показалось, что Элиот все помнит, все знает и сейчас выскажет все, что думает, о Цепях, привязанных к нему против его воли.
"Быть такого не может", - подумал Лео.
Он испугался настолько, что даже вполне разумная идея того, что Элиот обычно никогда не запоминал того, что могло бы скомпрометировать его слугу, не действовала. Лео медленно откинулся на спинку кресла. Он бы, пожалуй, не удивился, если бы сейчас побледнел.
- Где твои очки?
Лео вздохнул с заметным облегчением, дернул себя за короткую челку и скривил губы. Элиот уже спашивал об этом практически сразу после того, как исчезла Цепь. Получается, он обо всем забыл.
- Пока этот Баскервилль меня куда-то тащил, я их потерял, - ответил он.
Элиот выглядел достаточно недовольным, но вполне здоровым, если не считать повязки на плече. По крайней мере, он был жив.
- Плохо помню, что произошло, стилет прилетел так неожиданно. Это было очень… неприятно. Что случилось с Баскервиллем? Он тебя не ранил? А его Цепь? Я видел, как…
- Не дергайся так, - ворчливо заметил Лео, неосознанно копируя интонации Элиота, - не хватало еще, чтобы ты повторно потерял сознание.
Лео чувствовал, что страшно устал бояться за этот короткий промежуток времени. Зато теперь, после пробуждения Найтрея, после подтверждения, что Элиот опять все забыл, он был совершенно спокоен и даже как-то умиротворен. С этого момента можно было начать забывать о неприятной встрече с Баскервиллем: хоть тот и вел себя достаточно странно, он не давал повода для дальнейших раздумий на тему, зачем всей их шайке понадобился Найтрей и его слуга.
Ткнув пальцем в повязку на лбу, Лео улыбнулся и пожал плечами.
- Самое страшное, что успел мне сделать этот Баскервилль - это отрезать челку и поцарапать лоб, - о том, что его чуть не раздавило Цепью, и ребра все еще неприятно ноют при воспоминании об огромной змее, Лео тактично промолчал, - ты пришел почти сразу. Потом, после того, как ты рухнул, Баскервилль что-то сказал, отозвал Цепь и сбежал.
"А меня больше волновало твое состояние, чем то, куда он делся", - подумал Лео.

+1

8

- Не дергайся так. Не хватало еще, чтобы ты повторно потерял сознание.
В ответ на эти слова Найтрей недовольно насупился – ведь его вдруг уличили в повышенной заботливости и беспокойстве, да еще и слабости. Руки зачесались – так захотелось швырнуть в лохматую голову Лео что-нибудь, просто чтобы он перестал смотреть на него этими своими необычными глазами, которые всегда были спрятаны за челкой и очками. Непривычно, а оттого кажется, что слуга видит хозяина насквозь. Аж мурашки по коже.
Но Элиот благоразумно смолчал. И не спешил предпринять попытку залепить слуге в лицо подушкой – левой может и промахнуться, а правая вряд ли готова к таким маневрам.
- …Потом, после того, как ты рухнул, Баскервилль что-то сказал, отозвал Цепь и сбежал.
Наследник внимательно выслушал короткий рассказ, замечая про себя, что Лео на удивление скуп на описания и подробности. Что-то сказал? Убежал?
«Бред какой-то», - но не доверять слуге повода не было. Его не было никогда – и Элиот доверял, повинуясь инстинктивной уверенности, что слуге нечего от него скрывать. И пусть он так и не рассказал, почему «не хочет видеть мир» - это не имело никакого значения, ведь каждый имел право на свой собственный, личный секрет, и лишать друга этого права было бы неправильно.
- А потом? – последовал лаконичный вопрос вместе с заинтересованным взглядом голубых глаз. Баскервилль убежал? Ну и черт с ним. Но не могли же они силой мысли перенестись из Сабрие домой. К тому же, они там были не одни – где-то еще остался бестолковый Безариус, с коим, как в глубине души надеялся Найтрей, все же ничего не случилось. Не могло случиться. Если к ним подоспела помощь, то и его должны были успеть…
«Или не успели?»
В голове вдруг выстроилась цепочка событий – пугающая, но такая… логичная. Баскервилли пришли не просто так. Баскервилли пришли за несносным Безариусом. А как только они его заполучили, тот мужчина преспокойно убрался восвояси. Отвлекающий маневр. Лео вовсе не был ему нужен – поэтому их оставили в покое сразу, как только дело было сделано.
Элиот сжал ладони в кулаки и скрипнул зубами – оказывается, все было кристально ясно. Никаких заговоров и тайн, но один Оз Безариус, пусть и ненавистный отпрыск не менее ненавистной семейки, но с его, найтреевской подачи блондин оказался в лабиринтах трущоб.
«Ненавидь их, Элиот», - сказал когда-то его отец. Но входило ли в понятие ненависти безразличие к тому, что случилось по его вине?
Найтрей поспешно вскочил и пошатнулся, чуть не рухнув обратно – на мгновение в глазах потемнело, и мир перед глазами плавно качнулся. Ненавистное чувство слабости. Элиот ухватился за резной столбик кровати, морщась только от осознания того факта, что пришлось сделать это. Перебинтованное плечо снова заныло, стоило только машинально шевельнуть рукой в поисках меча на поясе, которого там не оказалось, ровно как и рубашки на теле, наличие которой очень не помешало бы, если уж он собрался куда-то идти.

+2

9

- А потом? - спросил Элиот; он не был настолько бледным, как вчера и явно - я в н о - ничего не помнил, в этом даже не приходилось сомневаться.
Стоило как-нибудь повлиять на Шалтая, но Лео не знал, как это сделать. Он не понимал, почему Цепь, которая принадлежала Элиоту, не защищала Найтрея, а почему-то стремилась отгородить слугу от факторов, которые могли лишить его жизни. Стоило попробовать как-то изменить принцип действия Шалтая, и если бы Лео в этом во всем хоть сколько-нибудь разбирался, он бы обязательно так поступил.
Сейчас он не мог сделать ровным счетом ничего.
- А потом появился Гилберт с каким-то знакомым. Мор... Мар... не важно, не помню имя. Этот знакомый оказал нам с тобой первую помощь, - Лео для наглядности ткнул себя в лоб, чтобы Элиот ненароком не подумал о какой-то более тяжелой травме, - и... проводили нас до экипажей. Нас привезли сюда, сразу же вызвали доктора, я остался ночевать здесь, а теперь наступило утро.
Лео даже улыбнулся и пожал плечами - будто не было вчера смертельной опасности, будто Баскервилль не вел себя странно, будто Элиот опять не попал под волю прикрепленной к нему Цепи.
- А еще Баскервилль забрал мой пистолет, - тихо пробурчал Лео, будто это действительно было важно.
Элиот вскочил с кровати и явно едва устоял на ногах. Лео тоже оказался проворен: он оттолкнулся от подлокотников кресла и сам не понял, подскочил он к господину, подбежал или вовсе подлетел. Не хватало еще, чтобы Элиот потерял сознание. Или чтобы рана как-нибудь не так срослась - жаль, что Лео не любил и практически не учил анатомию, хоть знал бы, что можно делать при глубоких колотых ранах, а от чего стоит отказаться.
И все же что-то подсказывало ему, что резкие движения совершать не стоит. Это "что-то" сейчас кривилось и держалось за кровать.
- Ты не должен делать таких резких движений! - Лео уцепившись за здоровый локоть Найтрея. Он страшно злился - подумать только, он вчера, как маленький, ревел над бесчувственным телом Элиотом, страдал чувством вины, едва заснуть смог, а сегодня этот ("Дурррак", - даже мысленно получилось сделать свирепое, раскатистое "р") уже поднимается с кровати и бежит вершить великие дела! - Куда ты собрался, когда стоять без опоры не можешь?
Немного успокоившись, но не перестав сердито хмуриться, Лео добавил:
- Ложись, пожалуйста.

+2

10

>>> Гостиная

Ванесса, резко стушевавшись, ощутимо ссутулилась и быстро направилась прочь от гостиной. Слова Гилберта до сих пор эхом отдавались в голове.
Неужели он все же беспокоится за нее? Выдохнув, Несс упрямо мотнула головой. Нет, это было обычное проявление вежливости! Верно ведь? Верно.
Ускорив шаг, девушка вырулила из коридорчика к лестнице, по которой она поднялась быстро, почти бегом, едва ли не спотыкаясь и падая.
Черт! - Несс, в очередной раз чуть не поцеловавшись со ступеньками, недовольно сжала пальцы на перилах - от греха подальше. Мало ли.
Остаток пути она преодолела без особенных приключений.
Оказавшись в нужном коридоре, Несс нервно хрустнула пальцами, старательно расправила плечи и вскинула голову. Губы и лицо исказило чуть нервное выражение.
Легкие быстрые шаги Найтрей слабо послышались в коридоре - до этого она стояла на месте, пытаясь заставить себя хоть чуть-чуть успокоиться. Выходило, по правде сказать, не особенно хорошо, но девушка старалась, правда... Когда Несс все же дошла до нужной ей двери, она замерла, чуть подобравшись и прислушиваясь к голосам в помещении. К большому собственному сожалению, она не услышала ничего толкового и хоть как-то объяснявшего ситуацию, нет. Только последние слова Лео.
Строго сдвинув брови, Ванесса толкнула дверь, с громким стуком распахнув ее и, почти что до крови прикусив нижнюю губу, вошла в комнату. Уже расправленные плечи била еле заметная дрожь - девушка переживала за младшего брата, но разве признается так в открытую, тем более - при постороннем человеке?
- Элиот Найтрей! - громко обратилась девушка к младшему брату, приняв привычный строгий, даже раздраженный вид. - Какого черта с тобой произошло?
Тем временем девушка незаметно окинула взглядом внешний вид младшего брата, пока что даже не глядя в сторону Лео - подумаешь, сидит тут. Бесплатное дополнение, если, конечно, можно так сказать.
Взгляд чуть потускнел, когда она посмотрела на бинты, которыми была обмотана правая рука Элли.

0

11

Резной столбик кровати оказался неплохой опорой, но Найтрей предпочел бы не хвататься за него вообще – было бы проще сделать вид, что все в порядке и свести на нет беспокойство слуги. Лео, конечно, тот еще упрямец, но Элиот умел настоять на своем. Правда, не всегда.
- Я в порядке, сказал же!.. – буркнул Найтрей, когда слуга стиснул его здоровый локоть, словно господину не достаточно одной опоры. Мысленно проклиная все на свете – и обстоятельсва, вынудившие его связаться с Безариусом, и предателей Баскервиллей, и свою дурацкую руку – Элиот недобро покосился в сторону слуги. Лео хмурился, и так странно было видеть это недовольно-обеспокоенное выражение, обычно скрытое очками и челкой.
«Срочно нужны очки. И что-нибудь сделать с волосами – слишком непривычно».
Раздраженно фыркнув и дернув плечом, стряхивая руку Лео, Найтрей собрался было шагнуть вперед, наперекор всем советам, как распахнулась дверь.
- Элиот Найтрей!  Какого черта с тобой произошло?
Юноша уставился на сестру, как будто видел ее впервые в жизни. После всего случившегося в Сабрие он ни разу не вспомнил и не подумал о семье, которая вряд ли будет в восторге от его похождений, о сестре, которая устроит ему очередную взбучку, как только узнает, что произошло. Элиот коротко вздохнул и приготовился обороняться – в кровать он не вернется, а вот узнать, что случилось с Безариусом, собирается, и никто ему не помешает. Ни Ванесса, ни Лео, и сложно было представить, что эти двое способны объединить усилия, укладывая брата и господина отдыхать.
- В приют ездил, - лаконично ответил Элиот, награждая слугу косым угрожающим взглядом – мол, только попробуй прокомментировать. И отцепился от столбика, неторопливо прошествовав к шкафу. Без резких движений же.
- А теперь собираюсь в «Пандору», - не терпящим возражений тоном проговорил он, роясь в шкафу в поисках чистой рубашки, спиной чувствуя взгляды сестры и слуги  - почти наверняка оба думали об одном и том же, но мысли друг друга они читать явно не умели.
…Но снова все испортила чертова рука. Неловко выудив чистые вещи здоровой левой, Найтрей только собрался закрыть шкаф и посоветовать сестре подождать снаружи, пока он будет переодеваться, как необдуманно перевесил одежду (одной рубашкой не обошлось – Элиот рассудил, что ехать в «Пандору» надо в приличном виде) на согнутую в локте правую руку. Хлопнула дверца, которую он только собирался закрыть, но пришлось поддержать одежду в слабой и больной руке. Элиот недовольно поморщился и резко развернулся, в два шага преодолевая расстояние между шкафом и кроватью и раздраженно швыряя на нее вещи.
«Должно быть, Лео был прав», - нехотя признался сам себе Найтрей, заново обдумывая предложение слуги лечь в кровать. Беспокойство беспокойством, но и губить себя раньше времени ни к чему.
- Чертовы Баскервилли… - недовольно пробормотал Элиот, не задумываясь о том, что сестре про них не стоит слышать.

+1

12

- Я в порядке, сказал же!..
"Да-да, я так тебе и поверил", - недовольно подумал Лео.
Вот, в самом-то деле, что мешало Элиоту признать собственную слабость, улечься в кровать и лишний раз не волновать своего и без того переволновавшегося слугу? Нет же, надо скакать, куда-то рваться...
Лео уже собирался сказать еще что-нибудь убедительное, как дверь в комнату распахнулась.
- Элиот Найтрей! Какого черта с тобой произошло? - с порога заголосила Ванесса.
Наверное, нельзя недолюбливать родственников собственного же господина, но сестру Элиота Лео искренне не переваривал. Младший Найтрей к тому моменту высвободил свой локоть, и слуга шагнул назад, пряча руки за спиной и хмурясь. У Ванессы всегда находился повод придраться к нему, но лучше бы она отпускала замечания, чем выспрашивала. что стряслось с Элиотом.
- В приют ездил, - Найтрей зыркнул на Лео.
"Так будет гораздо удобней", - мысленно согласился слуга.
Элиот выглядел достаточно здоровым и даже, пожалуй, бодрым, Лео же был предельно напряжен. Он следил за каждым движением господина, посмотрел на то, как тот подходит к шкафу и достает одежду.
- А теперь собираюсь в «Пандору».
Лео помрачнел: только этого им обоим не хватало. Конечно, в "Пандоре" были сплошь хорошие люди, но вряд ли хоть один из них обрадуется раненому Элиоту. Да и, в конце концов, какие могут быть разъезды, когда он ранен?!
Но это было в разы лучше, чем просиживать здесь.
"Лучше бы я отправился сам".
- Я с тобой, - тут же вызвался Лео, хмуро следя за тем, как Элиот осторожно закрывает дверцу шкафа, в последний момент бывает обманут собственным телом и едва ли не подскакивает к кровати.
- Чертовы Бас...
Лео среагировал моментально, даже не особенно задумавшись о том, как это будет глупо выглядеть со стороны. Он зашелся в приступе притворного кашля, а в конце чуть по-настоящему не подавился.
- Намок под дождем, извините, - прохрипел он, держась за горло.
Не хватало им еще после всего трепки от Ванессы.

0

13

Ванесса нахмурилась, скрестив на груди руки и с силой сжав предплечья. Не двинулась она с места даже тогда, когда Элиот подскочил с места и кинулся одеваться - весь вид девушки и без того выражал то, что никуда она младшего брата не отпустит ровно до тех пор, пока его рука не заживет.
- Весело, видимо, съездил, - фыркнула Несс. В голосе послышались нотки некой злобной издевки - ну как этому болвану втолковать, что она, старшая сестра, за него волнуется?!
Волнение резко сменилось злостью и раздражением - ну как можно так безответственно относиться к своим жизни и здоровью?..
- Я никуда тебя не отпущу, - четко проговаривая каждое слово, негромко сообщила леди. Слова звучали несколько приглушенно, сама она чуть нервно теребила висящую в ухе сережку.
Воспользовавшись моментом, Ванесса резко сорвалась с места и стремительно приблизилась к постели Элиота, осторожно сжав его левое плечо и резко усадив на кровать. - Элли, пожалуйста, - голос чуть смягчился, когда она просяще посмотрела на него. Сейчас девушка вполне могла сойти за ласковую и нежную старшую сестру - не часто она вела себя именно так.
Я даже уйду, если он так не хочет меня видеть! - где-то в мыслях девушка закатила глаза, выпрямляясь - последних слов она благополучно не расслышала, не очень прислушиваясь к ворчанию младшего брата.
Заставил ее обернуться кашель Лео.
- Осторожнее надо быть, - сухо ответила леди слуге, наблюдая за последним. Девушка видела, что что-то здесь определенно не так и от нее явно скрывают важные вещи. Собственно, именно поэтому Ванесса совершенно явственно злилась - на щеках ее выступил пока что бледный, почти незаметный глазу, румянец.
Сейчас она внимательным образом изучала слугу Элиота, мысленно отмечая внешние перемены, такие как отсутствие очков и неаккуратно обрезанная челка.
Вряд ли они неожиданно одновременно куда-то упали, - взгляд Найтрей остановился на лбу темноволосого юноши. - Да и по доброй воле он ни за что бы не подстригся...
Что-то здесь определенно не так.
- Челка топорщится, - недовольно хмыкнула Несс. - И ты еще смеешь называть себя слугой моего брата? - девушка закусила губу. В, казалось бы, обыденных замечаниях-придирках Несс можно было уловить раздраженность, постепенно выплескивающуюся на несчастного.

+1

14

Все смешалось в голове, ровно как и в этом чертовом мире. Слишком много неожиданностей, в которых можно бесконечно искать закономерности без шанса на успех. Слишком много переживаний, из которых так сложно вычленить хоть что-нибудь приятное. Слишком много новых людей, слишком много смертей, слишком-слишком-слишком. Слишком сильно болит рука после небольшой раны. Слишком что-то давит на сознание, запрещая думать и анализировать. Невыносимо давит.
Элиот опустился на кровать, повинуясь сестре: внезапная вспышка головной боли и мгновенно навалившаяся усталость – они давно стали неизменными его спутниками, но он так и не научился спокойно на них реагировать. Слабость непозволительна, головная боль отвлекает. Как можно вершить подвиги, когда рука не в состоянии держать меч? Когда голова не способна ясно мыслить?
«Должен был схватить их еще в академии… Схватить и предать суду – и ничего не случилось бы вчера: ни моей раны, ни раны Лео, и Безариус был бы в порядке…» - Найтрей глядел в пол будто в пустоту, машинально хмуря брови и потирая пальцами висок. Препирательства слуги и сестры словно существовали в каком-то другом мире, были частью другой жизни – обыденной, привычной. Той, в которой не было полуразрушенной Сабрие, обильно политой навязчиво моросящим дождем, и ее неизменных спутников – Посланников Бездны, нарушивших мирное существование Найтрея и его слуги еще весной. В которой не было этой дурацкой раны!
«Ты – Найтрей», - вдруг напомнила о себе благоразумная часть его сознания, - «так веди же себя достойно».
Элиот стиснул кулаки, стойко вытерпев очередную вспышку боли в правой руке. В один миг вспомнилось все, чему учили его отец и старшие братья – даже наказ ненавидеть Безариусов. Более ему ненужный.
- Прекращайте уже, - хмуро бросил Найтрей, поднимаясь с кровати снова, - Ванесса, оставь Лео в покое. Я еду в «Пандору», и это не обсуждается.
Он давно забыл, что Ванесса старше и вести себя с ней надо соответственно. Год назад, когда не стало братьев, и роль наследника и будущего главы семьи досталась ему, переменилось все: казалось, что они с сестрой поменялись местами. Слишком хорошо Элиот понимал, что ее жизнь теперь под его защитой. Даже несмотря на то, что сестра сама рвалась вперед  и всячески пыталась показать свою любовь и заботу, продемонстрировать, что он – ее младший и единственный брат…
- Тебе лучше пойти отдохнуть, сестра, - сразу же продолжил юноша, не давая возможности кому-либо из них высказаться против, - или навестить мать.
Он не должен был впутывать Ванессу в эту историю с Баскервиллями. Будет лучше, если она останется в счастливом неведении – решение не вполне в его натуре, но самое оптимальное сейчас, когда вокруг так неспокойно.
«Не отговаривай меня», - взгляд одних морозно-голубых глаз встретился с другим таким же – оба прямые и уверенные, по-найтреевски упрямые. Только она теперь смотрит так. Теперь, когда они – единственные оставшиеся в живых брат и сестра.

+1

15

Ванесса, казалось, готова была подойти к столу и стукнуть по нему кулаком. Лео хмуро смотрел на девушку и на то, как она проявляет сестринскую заботу - усаживает Элиота обратно на кровать, настоятельно рекомендует никуда не ходить...
"Вот только она его не остановит", - Лео вздохнул. Он и сам понятия не имел, чего хочет больше - чтобы Элиот выздоровел и пришел в порядок или чтобы они поскорее покинули этот дом, в котором ему, Лео, мало кто был рад.
- Осторожнее надо быть.
Лео показательно шмыгнул носом и пожал плечами. Как быть осторожным под дождем, он не знал. Если уж опираться на их легенду, то ворчать нужно на Элиота как раз за то самое отсутствие осторожности.
Заметив пристальный взгляд Ванессы, Лео отвернулся к Элиоту и принялся в очередной раз разглядывать масштабы поражения. На самом деле, хорошо было хотя бы то, что они оба выжили - Баскервилль явно был ненормальный, и они оба стояли на краю гибели, когда находились в его компании.
Пожалуй, Лео дорого заплатил бы, чтобы больше никогда не встречаться ни с одним представителем этого сумасшедшего рода.
- Челка топорщится. И ты еще смеешь называть себя слугой моего брата?
"И это меряется по прическе?" - Лео скрипнул зубами.
Он обернулся к Ванессе, хмуро глядя ей в лицо. Еще не хватало упреков за неряшливость.
- Прошу прощения, леди Ванесса, - процедил Лео, при этом, противореча интонациям, смиренно склонил голову. - Всенепременно схожу в парикмахерскую, когда у меня появится пара свободных часов. К сожалению, времени на прическу у меня нет уже чуть больше суток, но я исправлюсь.
Лео выпрямился, глядя на Ванессу с почти теплой улыбкой - только уголки губ нервно подрагивали.
А еще Лео откровенно кривил душой: на собственный внешний вид он никогда не уделял больше пяти минут личного времени.
- Прекращайте уже, Ванесса, оставь Лео в покое. Я еду в «Пандору», и это не обсуждается.
Лео тут же успокоился и отошел к окну - ну их, пусть разбираются сами. В конце концов, они все взрослые люди, вот только поделенные на классы. И раз уж Найтреи стоят выше, то безродному Лео можно просто подчиниться.
На подоконнике лежал меч Элиота. Лео коснулся пальцем рукояти, а потом сложил руки на груди и уставился во двор.
- Тебе лучше пойти отдохнуть, сестра, или навестить мать.
"Полностью поддерживаю", - подумал Лео, никогда не питавший особо теплых чувств к Ванессе.

+1

16

Найтрей задумчиво наклонила голову вперед. Такое отношение – не к себе, а к ситуации в целом – ее раздражало и бесило, рука сама собой поднялась было для хлесткой пощечины, но почти сразу опустилась.
- Прошу прощения, леди Ванесса… Всенепременно схожу в парикмахерскую, когда у меня появится пара свободных часов. К сожалению, времени на прическу у меня нет уже чуть больше суток, но я исправлюсь.
- Судя по всему, этого времени у тебя никогда нет, - мрачно огрызнулась Ванесса, передернув плечами.
Она скептически хмыкнула, все же отворачиваясь от слуги. Неприязнь Лео к Ванессе была абсолютно взаимна, что не казалось удивительным: девушка же не дура, и видела, что до появления в их доме слуги младшего брата, все было хорошо. И если бы не он, то ничего бы и не случилось: были бы живы старшие братье, мать не сошла бы с ума и жизнь текла своим чередом. И Элли сейчас не был бы ранен…
Ванесса, подавленная собственными мыслями, молча опустила глаза в пол, осторожно потирая ладони. Содранная кожа неприятно покалывал от малейшего напряжения – кожа всегда заживала очень долго. Девушка слабо приоткрыла губы, недовольно выталкивая из легких воздух.
Чем лучше начало дня – тем хуже его продолжение, Несс уже давно уловила эту тенденцию. Впрочем, исключения есть фактически из каждого правила, и Найтрей уже не сомневалась в том, что хуже и быть уже не может.
Девушка неохотно, с трудом, подавила рвущееся наружу злое рычание. Как же ее раздражало глупое, никому не нужное упрямство младшего брата!
- Ты дурак? – раздраженно поинтересовалась она у Элиота, начисто проигнорировав «просьбу» прекратить препирательства. – Ты остаешься здесь и это не обсуждается, - почти что раздельно произнесла девушка. Плечи ее угрожающе напряглись.
- В конце концов, у тебя есть Лео и ты можешь его отправить в «Пандору», - с нажимом произнесла Несс, все так же удерживая младшего брата за плечо. - И не говори мне, что мне делать! - нахмурилась она. Впрочем, ведь Элиот прав, надо будет сходить навестить мать - она же наверняка волнуется из-за недавней выходки дочери.
Девушка видела, что Элиота не переупрямить, но попробовать все же стоило. Да и тем более, Несс и сама, по сути, такая же – упрямая, твердо стоящая на своем…
Она с готовностью встретила взгляд младшего брата своим.
«Не отпущу. Хочу знать,» - щеки окончательно приняли алый оттенок - от гнева ли, или все же расстройства, было непонятно.

+1

17

«Сестра всегда была слишком упрямой», - подумалось Найтрею, пока он, скрипя зубами, выслушивал ее и пытался подобрать емкий, не задевающий ее достоинства ответ. За последние двадцать четыре часа уже в который раз окружающие всеми силами пытались усложнить ему жизнь: сначала Безариус превратил его поездку в Сабрие в подобие сумасшедшего дома на прогулке и подверг Лео опасности, теперь Ванесса явилась очень некстати и всячески пыталась разрушить все его планы. И почему она не спит?
- Не имеет значения, - процедил Элиот, не находя какого-либо внятного ответа. Ситуация начинала злить его, злить сильно, и головная боль вкупе с раненой рукой отошли на второй план. Выбраться отсюда, на улицу, за стены, к солнцу – туда, где никто не будет ему говорить, что и как делать.
Элиот настойчиво убрал руку сестры со своего плеча и потянулся за рубашкой – к черту переодевания! Чем дольше он здесь находится, тем упрямее становится Ванесса. Да, руку пронзала боль, пока он неуклюже просовывал ее в рукав. Да, он всеми силами старался контролировать эмоции, но губы сами собой искривились, когда рука наконец выпрямилась и прошла в манжету. Да, темные брюки явно были немного запачканы на коленях и ниже – хорошо хоть успели высохнуть после встречи с мокрой после дождя сабрийской мостовой.
«Не имеет значения», - повторил про себя Найтрей. Но пуговицы на манжетах не желали застегиваться, и после третьей неудачной попытки Элиот не сдержался и рявкнул на всю комнату:
- Лео! Ты, кажется, еще вчера был моим слугой, - раздраженно напомнил другу Найтрей, поднимаясь с кровати и нарочито явно игнорируя сестру. Он знал, что такое отношение заденет ее, но открытый скандал может затянуться надолго. Нет времени на скандалы.
Найтрей протянул Лео руки: мол, помоги застегнуть, раз уж слуга. Немножко, совсем чуть-чуть его мучила совесть: Ванесса и без того остро реагирует на ненавистного ей слугу младшего брата, и теперь это может задеть ее еще больше. Однако раздражение оказалось сильнее мук совести, и Найтрей только стиснул зубы, готовясь к нападкам если не со стороны Лео, то наверняка со стороны сестры. Иногда казалось, что они никогда не научатся прислушиваться к тому, что говорит будущий глава семьи, и всегда будут считать его вспыльчивым мальчишкой, которого надо постоянно поправлять и контролировать.
Если бы не взаимная неприязнь, Ванесса и Лео составили бы чудесный дуэт, против которого Элиот не выстоял бы. Но, как известно, порознь люди слабы, и даже если Лео был против поездки в «Пандору», затеянной господином, удержать его он не пытался. Очевидно, сказывалось не слишком приятное нахождение в одной комнате с элиотовской сестрой.
Найтрей только кивнул Лео в качестве благодарности, и насколько возможно торопливо занялся рядом пуговиц на рубашке. Этого было достаточно сейчас. Поскорее выбраться отсюда – вот что самое главное.
- Возьми меч, - хмуро буркнул Найтрей в сторону слуги и развернулся – пришло время сказать что-нибудь сестре, - не волнуйся, Ванесса. Мы вернемся быстро.
Немного приврал – ну и что с того? Почти наверняка в «Пандоре» сильно заинтересуются случившимся и воспользуются случаем расспросить очевидцев. Ванессе и об этом знать необязательно.

+1

18

- Судя по всему, этого времени у тебя никогда нет.
Лео улыбнулся. По идее, когда очки и былая длина челки были при нем, улыбка всегда получалась либо равнодушной, либо вежливой - сложно как-то иначе выражать эмоции губами, когда глаз не видно. Сейчас же взгляд совершенно не вязался с нужной эмоцией, и это видели все.
Постаравшись совладать с собой, Лео перестал испепелять Ванессу взглядом. В самом-то деле, что она такого страшного сделала? Она просто волнуется за своего единственного оставшегося брата, да еще и младшего. Как бы себя не вел Элиот, он все равно был моложе Ванессы, а, значит, она должна была проявлять по отношению к нему заботу.
Но с другой стороны, если отключить объективность, именно Лео был слугой, который должен следить за своим господином и спасать его.
А с третьей стороны, если реально посмотреть на вещи, Лео со своими прямыми обязанностями не справлялся. Кажется, даже сам Элиот осознавал еще тогда, в библиотеке приюта, что получит не слугу, а собственный хвостик, тень, не более того. По крайней мере, так казалось Лео, который опять занялся моральным самобичеванием.
- Лео! Ты, кажется, еще вчера был моим слугой.
Лео вздрогнул и уставился на Элиота, а потом подорвался с места и поспешил помочь с одеванием. Он застегивал мажеты так, будто у друга было ранено не плечо, а перебиты все руки.
- Вот, - односложно и по-дурацки оповестил об окончании действа Лео.
Ему хотелось помочь чем-нибудь еще, может, застегнуть оставшиеся пуговицы, чтобы Элиоту приходилось меньше двигаться, но тот явно справлялся сам.
Даже Лео казалось, что ехать сейчас в "Пандору" было идеей не слишком хорошей, если не сказать еще больше. Если бы не вредность и постоянная обида на Ванессу ни за что и за все разом, он бы даже согласился с девушкой и попытался бы Элиота остановить. Но разве может быть хуже, чем сейчас? Найтрею не должно стать хуже в дороге, а совершать резкие движения Лео ему не позволит, да и драться явно будет не с кем.
- Возьми меч. Не волнуйся, Ванесса. Мы вернемся быстро.
Лео подхватил меч, посмотрел на Ванессу и виновато улыбнулся - мол, извините, леди, но я не могу спорить с господином.
- Надеюсь, ты знаешь, что нам делать дальше, - очень тихо пробормотал Лео, бросив взгляд на Элиота.

+1

19

Когда с одеванием было покончено (о приведении себя в приличный вид и речи не шло – надо было срочно, очень срочно бежать отсюда!), Элиот все же сдался под взглядом сестры, которая уже едва ли не рыдала. Сложно было не заметить с трудом сдерживаемые слезы – ответ на обещание младшего брата «вернуться быстро». Даже если они правда постараются вернуться быстро, сестре легче не станет.
- Ванесса, пожалуйста… - собравшись с духом, Найтрей приблизился к сестре и взял ее за руку, - все будет хорошо, обещаю.
Забота о родных никогда не была чужда юноше. Напротив, счастье и благополучие семьи занимало его больше, чем подвиги и слава, о которых так красиво пишут в книжках. Но как бы Найтрей не любил «Святого рыцаря» и иже с ним, он был достаточно взрослым и видел достаточно, чтобы уловить разницу между миром реальным и тем, что многочисленные авторы описывают в своих романах.
Вместо прощания Элиот только посмотрел в глаза сестры, этим уверенным взглядом еще раз обещая, что он позаботится и о ней, и о матери, и, рано или поздно, слава и честь их рода вернутся. И вернется прежнее уважение к каждому, носящему фамилию «Найтрей», и не будет страха или презрения в глазах прочих аристократов. И сестра выйдет замуж и будет жить счастливо долго-долго, а он, как наследник, не ударит в грязь лицом и сделает все, чтобы их потомки с гордостью носили свою фамилию.
- Идем, Лео, - в конце концов отвернувшись от Ванессы, Элиот хмуро кивнул слуге и покинул комнату, оставляя сестру наедине со своими мыслями и, скорее всего, слезами.
Пересекая коридор, Найтрей сосредоточенно перебирал в памяти события минувшего вечера и ночи. Сопоставлял факты, делал выводы и думал, что же будет говорить в «Пандоре». Вспоминал Безуриуса, Баскервиллей и змееподобную Цепь, схватившую Лео. При мысли об этом эпизоде снова неприятно кольнуло висок, и Элиот поднял руку, потирая его.
- Эта змееподобная зверюга не дает мне покоя, - поделился он мыслями со слугой, - как ни подумаю о ней, так сразу голова болеть начинает.
Это была единственная закономерность, замеченная Найтреем, но он не придал ей какого-либо значения – только принял как факт. Он вообще не был уверен, что дело именно в Цепи. Быть может, стилет Баскервилля и правда был отравлен, и теперь у него галлюцинации? Кто знает.
Продолжая размышлять над случившимся, на лестнице Элиот внезапно остановился и резко повернулся к Лео, невольно морщась от боли в руке – она накатывала при каждом резком движении. Несколько секунд Найтрей внимательно разглядывал слугу и, в конце концов, изрек:
- С каких пор тебя совершенно не смущает белый свет? – вполне закономерный вопрос, ни с того ни с сего пришедший в голову. Лео ведь всегда был очень скрытным, и со временем Элиот привык заботиться о том, чтобы никто и никак не вторгался в его личное пространство. Наличие огромных очков и челки было обязательным условием, и Найтрей  чувствовал себя неуютно, сразу не побеспокоившись о таких важных для слуги вещах.
- Не важно, - передернув плечами, юноша продолжил спускаться по лестнице, - «Пандора» подождет.
Экипаж пришлось ждать, и эти несколько минут Элиот в молчании обозревал окрестности с высоты лестницы. Погода налаживалась, и от вчерашнего ненастья остались лишь лужи на подъездной дорожке. Его счастье, что он не взглянул вниз, на собственные брюки – в любое другое время Элиот Найтрей ни за что не отправился бы в город в таком виде.

------->  Лебле, рыночная площадь

+1

20

Похоже, Элиот все-таки знал. Лео проследил взглядом за тем, куда пошел господин, хотел последовать за ним, но вовремя остановился.
Элиот подошел к Ванессе и взял ее за руки, заглядывая девушке в глаза. Лео стало страшно неловко и он уставился на господский меч. Семейные моменты всегда его смущали, мальчику казалось, что он каким-то образом подглядывает за чем-то сокровенным, во что соваться таким, как он, ни в коем случае нельзя. В конце концов, Лео действительно не мог ощутить всей трогательности момента. Он бы, наверное, с легкостью бросил свою родню на время - если бы она у Лео, конечно, осталась.
- Идем, Лео.
Лео тут же обрадованно вскинулся, но вовремя спохватился. Взгляд, брошенный на Ванессу, был полон извинения и обещания о лучшем исходе.
Они вышли из комнаты, и Лео теперь чувствовал себя оруженосцем, а не простым слугой. Говорить что-то о том, что Элиоту следовало бы забрать свой меч, мальчик не стал: оружие имело приличный вес, который явно не облегчил бы боль господина. Пусть ковыляет так, право слово, с Лео не убудет потаскать на себе железки.
- Эта змееподобная зверюга не дает мне покоя, как ни подумаю о ней, так сразу голова болеть начинает.
Лео поморщился. Ему не нравилось, когда Шалтай брался за дело, потому что тогда было много жертв, а с организмом Элиота происходило нечто странное и страшное. Вот, например, как сейчас. Чего стоило Цепи аккуратней вычистить воспоминания? Раз уж ни у кого не было выбора, можно было подойти к делу более ответственно.
Тем не менее, Лео прошиб холодный пот: а вдруг вспомнит? Что делать тогда? Слуга малодушно сжал меч в руках, не собираясь его отдавать, если господину вздумается рубить ему голову, подражая Цепи.
- А ты о ней не думай, - негромко ответил Лео. - Я вообще все бы отдал, чтобы о ней не вспоминать.
Как ни старался он справиться с собой, в голосе была едва заметная дрожь. Благо, считалось, что Лео пережил невероятный шок - а так оно и было на деле, если подумать, - поэтому ничего странного во взволнованных или даже испуганных интонациях не было.
Элиот остановился, круто развернувшись, и уставился на Лео. Слуга отвечал ему выжидающим взглядом и все пытался понять. почему на лице Найтрея такое странное выражение.
- С каких пор тебя совершенно не смущает белый свет?
- Смущает, но очки я потерял где-то там, - Лео неопределенно махнул рукой, но было понятно, что это "там" находится далеко не в соседнем коридоре. - Ты об этом уже...
"Спрашивал", - закончил Лео, вспомнил все произошедшее заново, все свои страхи из-за того, что Элиот был за шаг от смерти, и если бы...
- Ну, в общем, я не специально и с удовольствием вернул бы все так, как оно было изначально, - вслух пробормотал мальчик.
Лео поморщился, сунул меч подмышку и принялся рыскать по карманам в поисках бумажки. Элиот тем временем отправился дальше.
- Не важно, «Пандора» подождет.
Не найдя ничего, на чем можно было бы написать записку, Лео принялся оглядываться по сторонам, выискивая хоть кого-то. Он согласился бы даже на беседу с поваром, вряд ли тот смог переиначить сообщение "Не волнуйтесь, Элиот жив".
Из-за поворота шла служанка, имя которой Лео не знал. Ее явно приняли тогда, когда мальчики были в Латвидже. Впрочем, как зовут эту девицу, Лео не интересовало, вряд ли им предстоит близко общаться.
- Ты иди, я сейчас, - Лео махнул рукой Элиоту, дождался, пока тот выйдет на улице, и попросил у служанки листок бумаги и письменные принадлежности. Ему вручили грифель с таким видом, что он сразу понял - девушка не умеет читать.  Наверное, это даже было хорошо.
Написав задуманное, Лео отдал служанке листок, сложенный вдвое, попросил передать его Гилберту Найтрею в поместье Рейнвсвортов и поспешил к господину.
Элиот рассматривал окрестности с молчаливой задумчивость. Лео пристроился рядом, у левого плеча, и не стал нарушать тишину.

>>>  Рыночная площадь

+1


Вы здесь » Pandora Hearts RPG » Найтрей » Комната Элиота


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC