Pandora Hearts RPG

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Pandora Hearts RPG » Баскервилли » Левое крыло поместья


Левое крыло поместья

Сообщений 1 страница 30 из 67

1

Лучше всего сохранившаяся за сотню прошедших лет часть дома. Два этажа с несколькими комнатами на втором и просторным залом на первом. Пыли, грязи и поломанной мебели здесь значительно меньше, чем в остальном доме.

Отредактировано Eric D. Ray (2013-03-25 07:13:24)

0

2

[Начало игры, 20-е июля, Утро - с 6 до 12-ти. Ветрено, без осадков. Достаточно холодно для летнего месяца]

Ах, Сабрие… Сколько воспоминаний Лиззи похоронила в этой бездонной яме хаоса, какие нудные и однообразные были шестнадцать лет, прожитые здесь сто лет назад… И какое счастье, что она стала Баскервиллем. Только сейчас она поняла, что ей несказанно повезло с этим, ведь, если бы она только не побежала за тем огоньком, она бы сейчас была погребена под сотнями ун сотнями обломков, в Бездне, умопомрачительном хаосе и алой крови, при том не только своей..
-А-ах~, как же приятно осознавать, что ты – не один из них! – пропела Лиззи сама себе, - интересно еще знать, как скоро появятся Лили и Лотти, да и вообще, удивятся ли они мне~ Как думаешь, Акробат?
Акробат, который до сих пор скакал около разрушенного поместья, как ненормальный, остановился и, в этот раз как напившийся, удивленно обернул (наверно, по крайней мере, так показалось Лиззи) свою голову к хозяйке, отрицательно качнув шапко-носом.
- Боги, ну у кого я спрашиваю? У сумасшедшей Цепи, не имеющей ни капли совести или хотя бы благоразумия! – иронично посмотрев на свою Цепь-тормоза пробурчала Элизабет.
Итак, мне остается только ждать премилых Лотти и Лили, - подумала Лиззи и взглянула на Цепь, которая сейчас снова возобновила свои скакания, - ну, а так же следить за его явно пошатнувшейся после падения в Бездну психикой.
Тут Элизабет снова принялась думать о Сабрийской Трагедии.
Такое название… Словно это все был спектакль. Спектакль, поставленный величайшими мастерами своего дела. Впрочем, если подумать, то это и был спектакль, устроенный Баскервиллями. Но как они искусно учинили в городе Армагеддон, прекрасно! Кровь, кишки, мясо, еще раз кровь, адский огонь, который отнимал жизни всех, кто в него попадал, моментально! Жестоко, красиво, со вкусом и специями. Именно такими и должны быть Баскервилли!! – с этой мыслью Элизабет подкинула в воздух свой хулахуп, после чего, боясь все-таки поранить руки, ибо подкинула больно сильно, отошла в сторонку и хулахуп въелся в землю.
Акробат удивленно подскочил, услышав какой-то новый звук.
Так, а теперь надо его вытянуть, - подумала Лиззи и благородным пинком туфли уложила оружие пыток, как говорится, на лопатки, после чего взяла его и повесила обратно за спину, чтоб не мешался.

+1

3

20 Июля
12-17 часов. Ближе к 17.00.
Погода:По сравнению со вчерашним днем потеплело, но по-прежнему пасмурно. Ближе к вечеру ожидается дождь.

-------> Наитрэй | Комната Винсента

Сабрие. Цвай не любила этот город. Скучные, серые обломки даже близко не походили на великую столицу тварей дрожащих. Она не любила город, ещё до того как он был уничтожен, вместе с ненавистными воспоминаниями погребёнными в нём. Здесь пахло затхлостью, смертью и экспериментами Пандоры. Отвратительное место. Лишь однажды Цвай любила этот город от всего сердца, во время спектакля «Сабрийская трагедия», когда сцена развернулась на всю площадь города, а сотни его граждан превратились в актёров её захватывающего кукольного шоу. Но концерт окончился, а превращённые в участников зрители давно покинули свои места и не вызывали артистов на бис, поэтому снова возвращаться в это место не очень хотелось. Но что поделаешь – сейчас Сабрие служило укрытием для Баскервиллей. Благо, Цвай не часто приходилось здесь находиться, большую часть своего времени она проводила рядом с Винсентом, вне зависимости от того, была ли на её месте Эхо или нет.
Девушка не знала, где искать остальных Баскервиллей, к сожалению, Найтрей не соизволил предоставить ей такую информацию. Поэтому, самым разумным решением было отправиться в поместье, на первый взгляд казавшееся заброшенным, но служившим им укрытием. Высокое, широкое здание было наполовину разрушено, пустые глазницы окон зияли мраком, а вокруг ни звука, даже лёгкий ветерок казался безжизненным и грубым. В общем, как и всё остальное в этом разрушенном городе, живописностью поместье не отличалось, всё здесь навевало лишь тоску, заставляя случайных путников сторониться этого места и не приближаться даже к его окраинам.
Вдалеке Цвай заметила знакомый семейный плащ и силуэт, своими неправильными формами скорее напоминавший цепь, нежели человека. Узнав цепь и её обладательницу, Цвай мгновенно оживилась и весело подлетела к ней, повиснув на её шее.
- Лиззи!! – радуясь, что так быстро обнаружила здесь кого-то из Баскервиллей, и что ей не придётся находиться в этом ужасном месте одной, воскликнула Шум. – Я так давно тебя не видела! Как ты?

+1

4

20 Июля, 12-17 часов.
По сравнению со вчерашним днем потеплело, но по-прежнему пасмурно. Ближе к вечеру ожидается дождь.

Лебле. Заброшенный дом в сердце трущоб ------>

Путешествие из новой столицы в развалины старой прошло почти в полном молчании: Шарлотта была целиком и полностью в своих мыслях, перебирая в памяти события столетней давности, недолгие ночные стычки последних лет, охоту за постоянно ускользающей правдой… Лотти всегда была уверена в себе и очень редко делилась сомнениями с другими. Непосвященному человеку показалось бы, что это ее целеустремленность, непоколебимость и полное пренебрежение к препятствиям на пути стремительно ведут Баскервиллей вперед, когда цели их донельзя размыты и шанс на успех ничтожно мал. Непосвященному человеку показалось бы, что только благодаря харизме и хватке Шарлотты Посланники Бездны все еще держатся на плаву, успешно скрываясь от Пандоры… Непосвященному человеку вообще много чего могло показаться, благо Лотти обладала неплохим актерским талантом и могла бы ввести в заблуждение кого угодно – было бы желание. Только вот что действительно творилось в маленькой головке этой сумасшедшей девицы – никому не было известно.
Она всегда следовала приказам. Она научилась подчиняться – но только тем, кто был способен подчинить ее, а таких – единицы. Она умела вести за собой, если это требовалось, если ей приказали… А сейчас, когда не было рядом того единственного человека, чьему слову она беспрекословно подчинилась бы, оставалось только прислушиваться к внутреннему голосу, подсказывающему верное направление, да иногда получать кое-какую полезную информацию от сообщников, кое-какие наводки от членов Великих герцогских Домов. Делая вид, что ведешь других за собой к расплывчатой цели – вернуть господина Глена,  с трудом доверяя собственным суждениям и выводам, Лотти никогда не теряла лица и представала перед другими либо презрительно-холодной, либо полоумно-неадекватной. За время, проведенное в Бездне, она забыла, что такое радость и счастье, когда находишься в кругу близких людей, что такое благоговейным трепет, когда человек, которого безмерно уважаешь и к которому стремишься всеми фибрами души, снисходит до разговора с ней… Она разучилась искренне улыбаться, но стала еще более настороженной, готовой ко всему в любое мгновение. И, при всей своей любви к вычурности, она принимала новый дом как что-то само собой разумеющееся, неважное, бессмысленное. Ну и что, что вместо шикарного замка в центре столицы Баскервилли теперь живут в заброшенном поместье на окраине руин когда-то красивого города! Да хоть помойная яма, лишь бы не это подвешенное состояние, когда приходится вести за собой, если привыкла повиноваться. Лишь изредка сознание покалывало желание жить прежней жизнью.
Чем ближе подъезжали они к своему импровизированному дому, тем сильнее становилось чувство, что скоро должно произойти что-то значительное. В руинах Сабрие чувства Баскервиллей значительно обострялись, поэтому они почти всегда были в курсе, что что-то происходит среди развалин, что кто-то их посещает, что какие-то эксперименты в них ставит Пандора. И сейчас, под аккомпанемент не самых приятных мыслей, мучавших ее всю дорогу, Шарлотта прислушивалась к внутреннему голосу, который благоразумно считала простой интуицией. Очевидно, девушкам стоило быть начеку и ждать гостей – что-то странное чувствовалось в воздухе, когда они приблизились к месту назначения… Что-то странное, пахнувшее Бездной, которая, так или иначе, предопределяла многие события. Баскервилли, будучи созданиями, скорее порожденными самой Бездной, а не этим цветущим миром, неплохо различали эти изменения в пространстве, особенно здесь, где влияние черной родины всех Цепей было максимально.
Шарлотта надеялась, что не она одна почувствовала это. Конечно, она любила своих названых сестричек, но у каждой был свой «заскок», и казалось иногда, что кроме этого «заскока» их больше ничего не интересует. После возвращения из Бездны, когда сильно притупилось чувство безмерной любви к своей семье, Лотти весьма скептично относилась к их иногда излишней активности и частенько чувствовала себя настоящей старшей сестрой, которая воспитывает несмышленых маленьких девочек – благо, она действительно была самой старшей. Вот и сейчас, прибыв на место, отпустив Леона и пробравшись через остатки ограды вокруг поместья, Шарлотта увидела привычную картину полнейшей беззаботности: Лиззи и Цвай, чрезвычайно довольные собой, обнимались, сумасшедшая Цепь Элизабет носилась вокруг… В том, что Лили незамедлительно к ним присоединится, Лотти почти не сомневалась.
- Вы создаете много шума, - вместо приветствия произнесла леди Баскервилль, на ходу снимая плащ, который накинула в дороге – было прохладно, и проходя мимо девушек в поместье. Она несколько суток была на ногах – это, конечно, терпимо для Баскервилля, но хотя бы делать вид, что отдыхаешь, иногда хотелось. В самом доме, казалось бы, совершенно непригодном для жизни, сохранилась кое-какая мебель, ведь поместье пережило Сабрийскую трагедию, а мародеры ни за что не решились бы приблизиться к дому, принадлежащему Баскервиллям. На этой окраине города вообще очень редко кто бывал – единственное оставшееся с давних времен обиталище Баскервиллей с годами обрело дурную славу.

0

5

– Лиззи!! Я так давно тебя не видела! Как ты?
- Цвай!!! - восторженно ахнула Лиззи, при виде еще одной живой души, после чего незамедлтельно налетела на нее и принялась тискать, - я чудесно, ты что! Как всегда - создаю беспокойствие на поверхности воды~ А ты как?
- Вы создаете много шума, - послышался знакомый голос за спиной.
- Лотти! Ну хоть кто-то понимает мои замыслы!!! - еще более восторженно ахнула Лиззи, после чего, не забыв утащить за собой Цвай, принялась тискать уже Лотти.
Как всегда, важная-преважная Лотти. Тебе явно надо развеяться, а то постоянно носишься туда-сюда, и даже прилечь на полчасика поспать не можешь, ай-яй-яй!
Тут Акробат тоже заметил Шарлотту, ай, чего мелочиться, и Цвай он тоже только сейчас увидел. Быстро (что, впрочем, у него получается максимум на три) он побежал к своей хозяйке, после чего как бы удивленно посмотрел на нее.
- Что? - строго спросила Лиззи, окинув свою Цепь усталым взглядом, мол, затравил всю атмосферу дружной семьи Баскервиллей.
Тот мотнул шапконосом, после чего Лиззи решила оставить болтовню ни о чем и подошла к Акробату.
- Что-о? - еще раз спросила Лиззи с искорками детской заинтересованности в глазах, посмотрев на Цепь, - нет, даже не надейся, тискать их я тебе не дам, ты же не хочешь нашинкованным, как капуста для салата, отправиться в Бездну??? - беззаботно улыбаясь пропела девушка.
Затем, оставив Цепь в одиночестве махать руками, Лиззи обернулась, снова посмотрев на Лотти. Потом на Цвай.
- Серые вы все какие-то, повседневные, - строго заметила она.
Для образа мне, наверно, только трубки не хватает, а так же гробовой тишины.
- Витаминов вам, что ли, не хватает???? - озадаченно произнесла она, посмотрев на ладонь.
После недолгого рассматривания своей руки, девушка посмотрела на "поместье", если эту серую и, опять же, повседневную развалюху можно было так назвать. Развалюха была не просто серой, даже тут Элизабет ясно понимала, что паутина развешана в качестве медалей по всему поместью, где только углы есть. Паутина девушку слегка раздражала, точнее, раздражала она ее только тогда, когда она сама в нее впутывалась, а так - мир да любовь, паутина - не враг.
В окнах были лишь жалкие подобия стекол, что, впрочем, придавало поместью свой шарм. Хотя, если подумать, то таких оконных отверстий в Сабрие много, несмотря на то, что она сейчас в Бездне, спит вечным сном, который у людей более распространен под названием "смерть".
Дверь в поместье была затхлой. И мертвой. Эта дверь явно была не такой, как все нормальные двери, она была именно мертвой, хоть и двери не могут жить. Но все-таки, другие двери казались живыми, в отличии от этой, ибо эта дверь была словно раскромсана кем-то, и кромсал ее этот кто-то очень долго и как будто радостно.
Гадость.

Отредактировано Elizabeth Baskerville (2011-03-18 17:00:56)

0

6

Приняв тисканья со стороны Лиззи как должное и никак не отреагировав, Лотти добралась-таки до полуразвалившегося кресла в ближайшей к входу в поместье комнате. Когда-то помещение поражало своим великолепием: резная мебель красного дерева, обитая шелком, теперь запылившаяся, потрепанная и поломанная, огромное зеркало над камином, от которого осталась пустая черная дыра, тяжелые портьеры на окна, тоже запыленные, но совершенно целые. Только на одном окне карниз отвалился – висел, диагонально пересекая окно, в котором чудом остались целы стекла. Впрочем, это было не важно – снаружи окна были плотно закрыты ставнями. Баскервилли редко бывали в этом поместье, поэтому в последний день Сабрие, когда все они находились в замке в центре столицы, поместье пустовало и не ожидало гостей. Знал ли кто-нибудь, что оно еще сто лет будет ждать хозяев?..
Когда-то шикарное кресло приняло хрупкую фигурку Шарлотты с подозрительным скрипом. Невольно подумалось о том, что Лотти раздобрела настолько, что ее кресло с трудом выдерживает… Мысль была чертовски глупой, совершенно неуместной, явно появившейся от усталости. Кто бы там что не говорил про выносливость, живучесть, поразительный болевой порог и прочая, прочая, но несколько дней подряд на ногах, плечом к плечу с опасностью, проткнутый живот, сломанное запястье и удручающие сомнения в голове наводили унынье.
Лотти откинула полы плаща, поудобнее устраиваясь в кресле (попутно морщась от скрипа) и ощупывая кровавое пятно на белой блузке. Любой нормальный человек в такой момент расстроено вспоминал бы о легкомысленно полученной ране, кривился, вспоминая острую боль под ребрами… Шарлотта же усердно размышляла, что делать с чудесной блузкой и во что бы переодеться.
- Лиззи! - девушка, оставшаяся на улице, должна была ее услышать, если только не унеслась куда-нибудь, ловя собственную Цепь. – Нужен твой совет!
Разумеется, необходимый совет никак не касался вопроса «что надеть?».  Лотти отличалась своим собственным, уникальным и весьма специфическим вкусом, приобретенным совсем недавно, когда пропал повод носить платья на кринолинах. Гораздо больше леди Баскервилль волновало, есть ли в этом доме вообще что-нибудь сменное. Баскервилли, вернувшись из Бездны, заручились кое-какой поддержкой герцогских Домов, и частенько эта поддержка выражалась финансово. Правда, герцог Зай Безариус, покамест ставший их негласным лидером, не был в курсе, куда и на что идут средства. Ну, разве мог мужчина понять, что даже (не даже, тем более!) бессмертным девушкам требуется периодически обновлять гардероб?
В общем, Шарлотта надеялась, что хоть какой-нибудь из сундучков со шмотками находится здесь, а не остался в поместье Найтреев, куда обычно и поступали все заказы юных леди. Ужасно неудобно, но что подумали бы курьеры, доставляющие откровенные наряды в заброшенное поместье Баскервиллей в окрестностях Сабрие? Найтреи были единственным логичным решением.
Ожидая Лиззи, Лотти расстегнула нижние пуговицы блузки, отлепляя засохшую на ткани кровь от нежной кожи. Ловкие пальчики резво исследовали живот в поисках весьма ожидаемого шрама и – о, ужас! – они его нашли – и лицо леди Баскервилль исказил ужас.

0

7

И все-таки, Сабрие - чудесный город. Даже после разрушения, так сказать, под корень, этот город, нынче дыра, сохраняет свой столичный шарм. Правда, теперь этот шарм явно стал пыльным и едва ли ощутимым, можно сказать, призрачным, ибо замечает его мало кто, в основном Баскервилли.
В этом развалившемся поместье, право же, на вряд ли сейчас можно найти что-нибудь дельное. Ну, разве что только если это "что-нибудь" было специально привезено сюда и спрятано где-то под кроватью, в сундуке. К примеру, для Шарлотты - она же настоящий ценитель коротких юбок, чулков и прочей извращенной женской нечисти, а потому было бы неплохо, если бы это самое "что-нибудь" платьем и оказалось, ибо...
- Лиззи! Нужен твой совет! - послышался из поместья голос "Баскервилльши".
- Ась? Лотти, ты что-то хотела? - Элизабет, держа свою Цепь за кольцо на шапконосе, заглянула в дверной проем - Лотти сидела в кресле, когда-то бывшем в шикарной обивке, и "снимала" с кожи кровавую корку, уже успевшую слегка застыть, - О-о-о... С кем ты так, Лотти? И о каком ты там совете говорила?.. Мол, есть ли тут что-нибудь из одежды нормальной, на смену? Думаю, если покопаться под кроватью... - Лиззи, сильно дернув Акробата за шапконос, отпустила свою Цепь на волю, - ...то можно что-нибудь приличное найти. Но с копанием под кроватью, в шкафу и везде-везде-везде - уже как знаешь.
Девушка вышла из поместья и окинула близ лежащие метры заинтересованным взглядом. Рядом с поместьем была дыра... Большая, черная, глубокая. Казалось... Да нет, не казалось, так оно и было - если упасть в эту дыру, то выбраться в этот же день ты уже не сможешь... Порой кажется, словно Воля Бездны следит за каждым, кто посмел сунуть туда свой нос. И каждому присвоено какое-либо время, проведенное там. Кому сто лет, кому десять, пять, тринадцать... Но в тот же день, когда человек падает в Ад, на землю вернуться невозможно, и это известно всем посвященным. Хотя... кто знает, может, это и возможно, но на практике такого пока никому не удалось сделать. Возможно, поэтому Пандора рвет и мечет, высматривая в кромешной тьме белые волосы, фиолетовые глаза, и выслушывая тонкий смех и звон чашек, едва слышные в глубокой Бездне?..

0

8

Нынешний лидер Баскервиллей - сводный брат Глена.
Он ненавидел шум. Ненавидел настолько, что любые вопли вопринимал как личное оскорбление и старался пресечь их в
корне. На его счастье, последние дни в поместье - хотя развалины слабо тянули на это громкое название, но это был его дом, и менять его на что-то более обжитое он не собирался - было тихо и спокойно. Фанг и Даг были людьми неразговорчивыми, зато приказания выполняли хорошо и чисто. Всегда. Эти пунктуальные, аккуратные и совершенно безжалостные убийцы были достойны его доверия. На все двести процентов. А вот девушки...он приложил ладонь ко лбу и помассировал его. Девушки в первую очередь девушки. Стои ли говорить, сколько времени они тратят на то, чтобы прихорошиться перед выходом на задания?
Сводный брат Глена не раз задавался вопросом - зачем им это? Ведь в итоге они все равно возвращались с заданий грязные, пыльные и неизменно в крови. Цепи  Баскервиллей все, как одна, были так же безжалостны, как и их хозяева. Что и неудивительно - ведь Цепи тоже когда-то были выходцами из их благородного Дома. если бы ты знал, Глен, насколько муторно заставить всех работать на поиски тебя? Часто задания срывались, заставляя младшего брата озлобленно кусать бледные губы и выпивать лишнюю бутылку красного вина. Но какой смысл пить, если не чувствуешь опьянения?
...и снова шум - теперь уже откуда-то с нижних этажей. Легко догадаться, что вернулась со своих заданий женская половина Баскервиллей. И снова - шум, возня, чьи-то каблучки стучат по полу, вызывая знакомую головную боль. Мужчина швырнул в стену бокал с вином - живописно размазались по стене остатки благородного напитка. Кровь королей, да и только. Он кивнул Дагу и Фангу:
- Идемте  - у нас мало времени и много планов. Не стоит давать поблажек нашим леди - судя по суете, они ничуть не устали. - трое мужчин спустились  по шаткой лестнице вниз, где Лотти - он понял это по шелку её светло-персиковых волос - что-то увлеченно искала в сундуках, которые они привезли с собой. Лиззи же куда-то ушла, поэтому пришлось негромко её окликнуть:
- Элизабет, вернись обратно - сейчас не время для прогулок. - когда все собрались, мужчина, чуть сузив глаза, во взгляде которых не сквозило ничего, кроме колючего льда, начал свою речь:
- Что же, добрый вечер. Я рад, что вы, юные леди, вернулись с заданий целыми и невредимыми. - взгляд равнодушно скользнул по фигуре Шарлотты, которая по-прежнему держала руку на теле, пытаясь маленькой ладошкой кровавое пятно, почти высохшее. Уточнять, что стряслось, не имело никакого смысла. Если она смогла срегенерировать, значит, беспокоиться не о чем. - Тем не менее, времени на отдых у нас нет - поступила информация от нашего союзника в Пандоре, что в Сабрие выдвигается несколько агентов Пандоры. Есть вероятность, что среди них есть тот человек, который является реинкарнацией Джека Безриуса. - тяжелым взглядом обвел он аудиторию, как бы говоря, что сейчас не время для развлечений, и этот человек для них очень и очень важен. Кажется, поняли все. - Мы выдвигаемся завтра утром. Это все. За ночь соберите все необходимое для задания. Отправляемся все, за исключением Цвай - ты, девочка, отправляешься обратно к Винсенту. Не забудь поблагодарить его за столь ценную информацию. - дождавшись, пока девушка покинет помещение, он продолжил:
- если у вас есть какие-то вопросы, задавайте их сейчас. Чтобы потом не было каких-либо ляпов.

Отредактировано PANDORA HEARTS (2011-04-10 22:38:23)

0

9

Лотти была готова лопнуть от негодования. Она не слишком любила, когда ее кто-либо игнорирует, и уж тем более – члены семьи. Поэтому невысказанная просьба помочь найти какую-нибудь одежду в адрес Элизабет, по мнению Шарлотты, не могла остаться без внимания, но девушка, так часто витавшая в облаках, и в этот раз оставила проблемы Шарлотты, собственно Шарлотте. Должно быть, чудесные виды того, что осталось от столицы, были ей милее чудесной, но злопамятной старшей сестренки.
Поднявшись с кресла, леди Баскервилль принялась изучать все имеющиеся углы и поддиванные пространства – в конце концов, через несколько минут непрерывного недовольного фырканья от попадавшей в нос пыли, Лотти добыла из-под полуразломанного кресла маленький сундучок. По сравнению с остальной мебелью в помещении, он был новеньким и почти не пыльным. Шарлотта, заметно воодушевившись, принялась рыться в ворохе коротких юбок, шелковых блузок, чулок и еще каких-то странных предметов гардероба, которые явно были еще неиспробованными новинками – вытащив одну такую вещь, которая, судя по форме, должна была прикрывать только грудь (и то сомнительно), Лотти поспешно положила ее обратно. Фантазия портных, предпочитавших сохранять инкогнито в полном предрассудков мире, иногда вводила в ступор даже развязную леди Баскервилль. Но Шарлотта дала себе слово как-нибудь примерить эту странную вещицу – когда будет, кому демонстрировать замечательную себя.
- Элизабет, вернись обратно - сейчас не время для прогулок, - сосредоточенный выбор новых вещей прервал холодный голос господина Баскервилля. Даже Шарлотта, которую было сложно застать врасплох, невольно вздрогнула и обернулась. Мужчина, так похожий на господина Глена, но одновременно и не похожий, всегда вызывал в девушке противоречивые чувства: с одной стороны, он казался человеком недостойным внимания, только путающимся под ногами ее дорогого хозяина – он ничем его не превосходил. Но с другой, иногда сходство с братом было просто поразительное, одурманивающее – казалось, что это сам господин Глен, холодный и неприступный, но такой родной, такой прекрасный, такой любимый…
Почувствовав, что краснеет, Шарлотта снова уткнулась в свой сундук, а брат господина Глена как раз продолжил говорить:
- Что же, добрый вечер. Я рад, что вы, юные леди, вернулись с заданий целыми и невредимыми, - поспешно вытянув из сундучка чистенькую блузочку, Лотти, поднялась  и принялась с особым остервенением отдирать остатки застывшей крови с живота, - тем не менее, времени на отдых у нас нет - поступила информация от нашего союзника в Пандоре, что в Сабрие выдвигается несколько агентов Пандоры. Есть вероятность, что среди них есть тот человек, который является реинкарнацией Джека Безриуса…
Пока мужчина говорил, Шарлотта, не выказывая какого-либо интереса к получаемой информации, лениво стягивала испачканную блузку. Скромность не входила в число ее добродетелей, а мужская половина их дружной семьи должна была давно к этому привыкнуть.
- …Если у вас есть какие-то вопросы, задавайте их сейчас. Чтобы потом не было каких-либо ляпов.
Белая блузка, украшенная кровавым пятном, полетела на ближайшее кресло. Небрежно, как попало – смысл был заботиться о вещи, которую теперь проще выкинуть, чем восстановить? Однако же Лотти, сохраняя хоть какое-то подобие приличия, отвернулась к стене и принялась натягивать чистую одежду – новенькая кофточка изобиловала рюшами, особенно в области глубокого декольте, и эта чудесная деталь только подчеркивала и увеличивала и без того чудесные формы.
- Этот человек… Неужели тут чудесный мальчик, Оз Безариус? Или Винсент нашел другого претендента на эту роль? – Шарлотта снова опустилась в скрипящее кресло и, скинув алые туфельки, принялась стягивать чулки – в районе левой коленки была замечена крохотная дырочка, бывшая, очевидно, следствием позорного, но хорошо сыгранного падения на колени перед Ксарксисом Брейком. – Безариус показался мне очень милым, и я не отказалась бы… - снятые чулки изящным жестом тоже были отброшены в сторону, - …поиграть с ним еще.
Тягучий тон, должно быть, слышался немного необычно, когда в нем не сквозило сумасшедшее предвкушение, - Лотти говорила на удивление спокойно, даже холодно, но по привычке растягивала гласные. Уж очень приятными были воспоминания – первая встреча с наследником Безариусов не принесла особых результатов, но мальчик был чертовски мил. Так и хотелось потискать его еще.

0

10

Пока Лиззи со всей своей задумчивостью на лице, какая только нашлась, смотрела в черную дыру, уже успел полить дождь. Да нет, это и не дождь вовсе - это самый настоящий ливень!
- Элизабет, вернись обратно - сейчас не время для прогулок, - на голос зам-Глена Элизабет не обратила ни малейшего внимания, ибо у нее сейчас была на кону сухость головы и - о боги!! Промокнет платье, пропадет! - одежды, - Что ж, добрый вечер. Я рад, что вы, юные леди, вернулись с заданий целыми и невредимыми.
- Чеееееееееееееееерт!! - Лиззи влетела в поместье и закрыла за Акробатом, как только он забежал, затхлую дверь - кто знает, вдруг дождь и сюда доберется? - Целыми..... Невредимыми?..
Та-ак, а это у нас..? Это у нас... Не помню имени. Зам-главы, короче говоря.
Впрочем, не было никаких сомнений - дождь все еще льет. Мелко, да еще и не на Лиззи, но все таки. И льет он через крышу - это было доказано Акробатом, который вроде бы смотрел на средних размеров дыру в крыше. Лиззи фыркнула про себя что-то о невоспитанности погоды этим летом, после чего взглянула на свои руки - зачем? Не понятно. На левой руке, которой она полчаса назад закинула в воздух свою "игрушку", она заметила уже полностью затянувшуюся ранку, - Баскервилли в не широких кругах славятся своей божественной способностью регенерировать - а рядом красное засохшее пятнышко. Нееет, если я и дальше буду так рубить свои руки, то уже к концу дня стану инвалидом. И сидеть потом без дела буду. Где-то тут должен быть наворот один...
Пока зам-главы Баскервиллей что-то говорил о Безариусах, Пандорах и Сабриях, а Лотти в ступоре смотрела на сомнительного вида клочок ткани, Лиззи сосредоточенно искала перчатки. Не такие перчатки, коими высокопоставленные леди шифруют свои руки.
- Нашлаа!!~ - Лиззи вскинула правую руку, державшую что-то железно-кажанное, к небесам, - Перчатки нашла.
С такими перчатками руки в огонь не страшно протягивать, разве что только страшно свои пальцы о пальцы этого железного искусства порезать. Или отрезать, надо бы проверить на чем-нибудь, да.
- Отправляемся все, за исключением Цвай - ты, девочка, отправляешься обратно к Винсенту.
- Нииииии~ - Лиззи, уже надев перчатки, провела указательным пальцем по щеке Цвай. Ранки не осталось - девушка решила не калечить коллегу.
Вот, так-то лучше. Этими железками я всегда умудрялась сладить с хулахупом этим.

0

11

К рассеянному вниманию союзников Крис привык. Во-первых, потому, что ругаться с ними ему было не с руки, а во-вторых, они в любом случае его слушали - и неважно, чем они в этот момент занимались - сменой ли гардероба или же поисками сухого места. Впрочем, с чего это вдруг Элизабет приспичило пойти на улицу, где бушевала непогода, он даже не стал уточнять - годы, проведенные в Бездне, наложили на каждого из них неизгладимую печать безумия, которое у каждого из них выражалось по-разному. Главное, что Лиззи слышит, а в уголке её так удачно разорванной юбке виден верх её чудных чулков. Шарлотта разбиралась с переодеванием, а приученный к правилам этикета Кристиан оставался равнодушным ко всему, кроме своей речи.
Все вопли и возражения, которые были вставлены до окончания его речи, он попросту проигнорировал, удобно усевшись на хвост Хроноса, тенью маячившего у него за спиной, как в кресло. Змей зашипел - ясно дело, мужчина не был пушинкой - но особой агрессии не выказал - только обвел всех присутствующих немигающим глазом. Младший из Баскервиллей проводил взгляд радостно ускакавшую Цвай - должно быть, её единственную тяготило присутствие Кристиана здесь - ведь другая девочка - кажется, Эхо? - была совсем другого мнения обо всей их семье. Он вздохнул - что поделать, Винсент Найтрей хоть и был формально их союзником, все равно не имело смысла опираться на него. Он нужен только для начала всей заварушки, а уж когда они найдут мальчика...Они найдут способ заставить Джека говорить - ведь не хочет же "герой" Сабрийской трагедии остаться без временного вместилища его дурной душонки? Отвратительно, должно быть, когда в твоем теле живет параллельно два человека...Это как паразит какой-то...Впрочем, Безариус с косичкой и есть паразит - паразит, прокравшийся в их семью и перевернувший все с ног на голову...
Молчание длилось недолго - естественно, что каждый посчитал своим долгом высказать свое мнение. Шарлотта, к тому времени уже закончившая свой невольный стриптиз и забравшись с ногами в кресло, задумчиво проворковала - растянутые слова немного раздражали, и в голубых глазах зажегся огонек раздражения - Крис не любил, когда люди тянули с ответом, когда можно было сказать быстро и коротко:
- Этот человек… Неужели тут чудесный мальчик, Оз Безариус? Или Винсент нашел другого претендента на эту роль? –  – Безариус показался мне очень милым, и я не отказалась бы… - младший герцог вздохнул и ответил,  жестом фокусникадоставая из складок плаща бокал и бутылку вина - что-то, а к этому напитку он пристрастился давно, а уж после долгой разлуки в сто лет...предпочитал употреблять почаще:
- Насколько я знаю, Джек может вселиться только в кого-то одного. И если он выбрал своим пристанищем юного Оза Безариуса - да, какая ирония судьбы, они похожи, не правда ли, Лотти? - то значит... = эффектная пауза, дающая всем свободу действий до начала задания. - А значит, он может быть только в этом теле. А уж схватить мальчишку вам не должно составить проблем... - задумчиво сделав глоток, он подумал, что это вино...такое же старое, как и он сам. Господи, если задуматься, все они давным-давно должны лежать тихо-мирно на кладбище, удобно сложив руки на животе и радуя потомков своей адекватностью...Но не сложилось...

+1

12

Испорченные маленькой дырочкой на коленке чулки были небрежно отброшены в сторону – им не суждено было быть надетыми в будущем, поэтому о сохранности их можно было больше не заботиться. Полная опасностей жизнь, в которой в любой момент может быть испорчена не только одежда, но и покалечено тело, научила спокойно относиться к порванным, изрезанным или испачканным любимым вещам, а материальная поддержка некоторых герцогских домов и вовсе разбаловала – подумаешь, ажурные черные чулочки высшего качества со сложнейшим плетением кружева! Зачем о них заботиться, если следующие будут даже лучше?
Голые ножки, почти не прикрытые донельзя короткой юбкой, покрылись мурашками – в заброшенном помещении, за сто лет обзаведшимся дыркой в крыше, было почти так же прохладно, как на улице. Шарлотта, сосредоточившись на словах брата Глена, удобно уселась в кресло, поджав под себя ноги и не обратив никакого внимания на то, что короткая юбка в рюшах задралась настолько, что… но, в общем-то, Лотти было плевать, а все вокруг уже привыкли.
- Насколько я знаю, Джек может вселиться только в кого-то одного. И если он выбрал своим пристанищем юного Оза Безариуса - да, какая ирония судьбы, они похожи, не правда ли, Лотти? - то значит... – слушая Кристиана, Шарлотта нахмурила тонкие брови – никак не могла понять, к чему вся эта информация, - ..А значит, он может быть только в этом теле. А уж схватить мальчишку вам не должно составить проблем...
Баскервилль договорил, а Лотти, не смотря на него, поправляла оборки на своей чистенькой и новенькой блузочке и не спешила отвечать. Размышляла над причинами того, что Кристиан не понял ее сарказма – в том, что искомый мальчик и будет тем самым Безариусом, она не сомневалась, но очень хотелось посмеяться над Винсентом… И над тем, что порой раздражающий младший брат Глена не называл вещи своими именами, говорил загадочно, без имен – то ли чтобы сохранять свою мнимую таинственность, то ли чтобы быть похожим на молчаливого Глена, который всегда не договаривал и больше молчал, чем говорил. В любом случае, на взгляд Шарлотты, у Кристиана и то, и другое получилось плохо. Он, еще несколько минут назад безумно напоминавший любимого хозяина, теперь казался Шарлотте той самой помехой, метившей на место своего старшего брата. Это раздражало.
- Лиззи, как насчет прогуляться? – Лотти так и оставила слова Кристиана без ответа и ловко поднялась с кресла, оправив юбку. Пара шагов до заветного сундучка, откуда тут же были выужены новые чулки, и пара шагов обратно, чтобы привычно натянуть незаменимый предмет женского гардероба, удобно устроив сначала одну, а потом другую ногу на сиденье кресла. Она всерьез собралась выбраться отсюда, потому что перспектива провести вечер и ночь в раздражающем обществе не радовала, потому было плевать на погоду. Прогулка по Сабрие могла закончиться чем-нибудь интересным: например, внеплановой встречей с «Пандорой», а когда есть шанс провести вечер так весело, то почему бы им не воспользоваться? Шарлотте, привыкшей в точности исполнять приказы господина, было плевать на слова этого недо-Глена, который велел «за ночь собрать все необходимое для задания». Фраза вряд ли подразумевала вариант пойти и заранее найти неприятности на свою чудесную пятую точку, чтобы потом случайно прокараулить появление Безариуса, но Лотти не могла не показать своего отношения. Сейчас, когда Кристиан перестал казаться похожим на Глена, леди Баскервилль не имела никакого желания исполнять этот неточно данный приказ. Дождь на улице теперь не казался помехой, и Шарлотта, подхватив свой алый плащ, влезла в туфельки и стремительно направилась к выходу. Даже если Лиззи не захочет повеселиться, то ничего – прошлая ночь, познакомившая Лотти с тем приятным джентльменом, Ксарксисом Брейком, доказала, что леди Баскервилль в состоянии повеселиться без кого-либо из сестер.
- Лиззи?.. «Пандора» ждет… – остановившись в дверном проеме, Шарлотта на всякий случай уточнила, куда и зачем она собралась, и накинула на плечи тяжелый плащ, аккуратно завязав его у горла.

------------> Город трущоб

0

13

- Лиззи?.. «Пандора» ждет…
- А-а-ах!~ Я иду, иду, Лотти! - Лиззи побежала за Шарлоттой, радостно сверкая глазами и расправив руки в стороны, - Кристиан, оставляем тебя в гордом одиночестве.
Все любят действо. А Баскервилли любят его вдвойне - сто лет назад Безариусы скинули нынешних грозных убийц с престола одного из четырех Больших Домов, и теперь они стали второсортной падалью. С этой самой падалью никто не имеет общих дел. Кроме одной семьи - семьи Найтреев.
Семья Безариусов так же успела отдалить и Найтреев, подальше в кромешную тьму. Итог - семьи Найтрей и Баскервилль отдалены на задний план, сотрудничают, а так же последние отосланы куда подальше от четырех Великих Домов. Что ж, вам надо так? Будем, значит, играть по этим правилам - вам же хуже будет, Баскервилли вполне обладают достаточными знаниями, чтобы воскресить своего предводителя, Глена Баскервилля. А что последует далее, известно даже младенцу - снова и да разразится гром над столицей, да воззияет под нею дыра в Бездну, и да начнется очередной казалось бы бесконечный ход Баскервиллей...
Хотелось бы в это верить. Но кто знает, возможно Глен вдруг прикажет сделать что-нибудь другое, меньших масштабов? Но в то же время и это кажется фантастикой - ведь господин Глен никогда не оговаривался, все его приказы были точны, и никто из Баскервиллей не осмеливался перечить воле предводителя.
Но вернемся с небес на землю и не будем отнимать у историков скудный кусок хлеба.
Сейчас Лиззи была на улице около дыры в Бездну, в которой старую-добрую сотню лет назад утонула окровавленная столица, а не в Лебле, которую Баскервилли снова начали щедро поливать тем, без чего не могут жить бедны людишки, которые как бы случайно были вовлечены в прекрасную алую постановку Баскервилльской семьи. Для этих самых людей поведение "иуд" не понятно. Зачем устраивать кровавую бойню на территории всего города? Что есть цели этих убийц, облаченных в длинные алые плащи? Для их жалкого мозга эта информация неперевариваема. И чудесно! Так приятно смотреть на их лица, плачущие чуть ли не ковавыми слезами... Вот он, знаменитый своей непредсказуемостью Театр Семьи Баскервилль!
Элизабет стояла под дождем, подставив проливному дождю свою недавно сухую шевелюру. Холодные капли бодрили девушку, пробуждая в ней непонятно откуда взявшиюся веселость и радость. Еще пара минут - и волосы промокли. Хвостики-спирали от этого, однако, не пострадали - хоть они и стали мокрыми, но безжзненно висеть они пока не собирались.
- И идет наша скромная компания, как я понимаю, туда? - Элизабет указала на домишко, стоящее на другой стороне дыры в никуда.

0

14

Когда девушки покинули помещение, Крис только облегченно вздознул - старые привычки сложно было унять, равно как чертову уйму инстинктов, которые от него никак не зависели. Хронос, казалось, измывался и от души смеялся над хозяином, обвивая и сильно сжимая ноги герцога, но тот не регировал, погруженный в свои думы. То, что девушки уже отправились на разведку, было столь явным и неумело скрытым, что он даже не стал их останавливать. Нравится шататься красивым девушкам и мерзнуть под дождем - пусть мокнут, простужаются. Хпх, простужаются. Нереально - любая простуда проходит через день-два. Лишь бы после задания они не свалились - ему нужны рабочие люди, а не сопливое нечто, что-то пытающееся сказать, но лежащее в кровати...
Он обернулся к стоящим за его спиной мужчинам с вопросом:
- Вы тоже отправляетесь? Хорошо, я выйду последним. - казалось, будто он разговаривает сам с собой - настолько тихо отвечали Фанг и Даг. Что за напасть-то такая? Плохо ты их воспитал, Глен - они не в состоянии даже послушат ьприказа и исполнить его точно. Хотя, чего он хочет - для них навсегда лидером останется его брат, а не он. А ну и к черту. Бокал вновь полетел в стену. Брат ушел слишком невовремя, оставив его с детьми-маньяками на руках - ведь все Баскервилли были детьми в душе, да и вели себя зачастую так, что дети повели бы себя умнее. Как сейчас, например. Конечно, они ночные охотники, но утром они ни с кем не перепутают мелкого парнишку. А черт. Надо тоже выдвигаться - не сидеть же здесь, пока его люди в опасности? Конечно, их весьма проблематично убить, но не значит, что это невозможно. нет ничего невозможного в этом мире. За сто лет все изменилось до неузнаваемости, и на смену холодному оружию пришло огнестрельное - отвратительная штука сама по себе. Кристиан поморщился и зашипел - Хоронос удивленно повернул голову и укоризненно покачал её, решив, что хозяин окончательно поссорился с головой, попробовав говорить на языке Цепи. А было от чего шипеть - Баскервилль вспомнил, какое это противное ощущение, когда маленький кусочек свинца проходит через плоть и застревает где-то в районе плеча. Хорошо, что тогда не попал снаряд в плечо - это было бы долгое и мучительное занятие. А так, после того, как вытащили пулю, плечо стянулось быстро - за день буквально. 
Надо идти. У, проклятый дождь. Кристиан поплотнее запахнул плащ и накинул капюшон, скрыв им лицо. Длинные пряди, правда, все равно выбивались, но и черт с ними - все равно ткань промокнет, сделав плащ тяжелым.
- Хронос, идем. Давай, хладнокровное - я знаю, ты любишь такую погоду. - Цепь лениво зашипела и неторопливо двинулась на выход. В голову Криса закралась мысль о том, что может, чуть-чуть придавить дверью хвост Цепи, но он передумал - вот ещё не хватало ему ссориться со своим лучшим другом. Ещё раз окинув взглядом пустое помещение - раньше это была гостиная, где всегда был жарко истоплен камин и пахло какими-то травами, которые жгли в очаге - он закрыл дверь. Никому и в голову не придет искать их здесь. Да и искали недавно - запахи чужих людей до сих пор висят в воздухе, да и перевернутая мебель и перерытые шкафы говорят о том, что мародеры, а потом и солдаты, бывали здесь, и не раз.

-----> Локацию мне, локацию! >_<

+1

15

Лебле, заброшенный дом в сердце трущоб - - - - >

  Лили, в отличие от Шарлотты, была настроена несколько иначе. Собственно, а разве это была когда-то по-другому? Всегда веселая, уверенная в себе, добрая и наивная девчушка. Проще говоря - еще совсем дитя. Она никогда не отличалась своим истинным возрастом – ни внешне, ни внутренне. А, нужно сказать, почему? Все только потому, что Лили просто не успела повзрослеть. Да и, знаете, сложно представить юную Баскервилль другим человеком – с другой внешностью, с другим характером и внутренним миром. Она прижилась в этом мире такой – рыжеволосой девчушкой двенадцати лет с некими детскими чертами в характере. Да и, честно говоря, навряд ли она когда-либо измениться. Как известно – все люди, заключившие с Цепями легальный контракт, не старели. По крайней мере, внешне. А характер?.. Собственно говоря, мы отвлеклись от главной темы.
  Пока Лотти быстрыми шагами приближалась к дверям «заброшенного» (особняк является укрытием для Баскервиллей, а, следовательно, он не так и заброшен, как кажется не посвященным) поместья, Лили отбежала куда-то в сторону и с большим интересом разглядывала то ли какое-то насекомое, то ли просто что-то заинтересовавшее ее. Было известно лишь одно – это привлекло внимание, и это было жутко маленьких размеров. Подобного рода разглядывания длились несколько минут. Но этого времени было достаточно, чтобы в самом особняке произошло достаточное количество событий.  И именно последние из них были причиной того, что Баскервилль все-таки вернулась в действительность и перестала разглядывать таинственный объект.
  - Элизабет, вернись обратно - сейчас не время для прогулок, - раздался откуда-то из поместья мужской голос, который Лили знала достаточно хорошо, чтобы узнать его обладателя.  Кристиан. Кристиан Баскервилль. Брат Глена Баскервилля. Но в отличие от главы дома, Кристиан был для Лили всего лишь очередным представителем дома Баскервиллей. Она обращалась к нему ровно так же, как к Лотти, Фангу, Дагу или Лиззи. Правда, иногда в ней и просыпалась некоторая ненависть к этой персоне. Может потому что иногда девчушке казалось, что Кристиан пытается неким образом заменить Глена? Скорее всего. Тем не менее, отношение было в любом случае теплым, дружелюбным, как и к другим членам Дома.
   Голос пусть и не произнес имени героини сие произведения, но он все равно заставил и Лили отправиться в здание. Собственно говоря, она и сама была не против. Как бы девчушка не любила проказы природы – мокнуть под надвигающимся дождем в ситуации, когда назревает что-то интересное прямо под ее носом – не самый лучший выбор. Юная особа в то же мгновение сделала разворот на тридцать градусов и проскользнула в дверной проем.
  В нос тут же ударил запах старого и заброшенного особняка. Лили привыкла к нему, он стал для нее неким подобием запаха прошлого места жительства Баскирвеллей, до Сабрийской трагедии.  Но, тем не менее, свежий воздух и несколько запылившийся – две абсолютно разные вещи. Собственно говоря, и отрицать этого никто не собирался. Но жаловаться еще никому не приходилось. По крайней мере, на глазах у Лили.
  Присутствие присоединившейся девчушки никто не отметил. А беседа, затянувшаяся между присутствующими, нужно сказать, заинтересовала Баскервилль не так сильно, как она того ожидала. То ли просто, потому что девчушка не знала, о чем идет речь, то ли потому что ее личности в этой беседе абсолютно не задели. В любом случае, девчушка предпочла отправиться на второй этаж здания, словно на экскурсию.
  Пробежавшись по комнатам верхнего этажа вместе с «отпущенным на волю» Брандашмыгом, Лили застала в одной из комнат стекшую со стены и растекшуюся по полу алую жидкость. К сожалению, мысль о том, что это было вино, в голову к юной особе не пришла. Наверное, поэтому она позволила окунуть себе указательный палец в жидкость и облизнуть его. Вкус вина, нужно сказать, девчушке не пришелся по душе. То ли потому что там была грязь, то ли просто, потому что вино в действительности было не так вкусно для ее языка. В любом случае, Лили недовольно сморщилась и в тоже мгновение предпочла высунуть кончик пальца изо рта. Но на этом связь с алой жидкостью не закончилось. Если героине произведения она не пришлась по душе, то Цепи-«псине», похоже, вовсе наоборот, ибо Брандашмыг жадно слизывал вино  с пола. Подобный поступок верного друга Лили заставил поднять много шума. Собственно, это было своего рода ошибкой. Ибо именно в это время беседа между членами Дома закончилась, и они все благополучно скрылись за проемом главных дверей. Правда, вот, отметила это Лили только через несколько минут, когда Брандашмыг благополучно спрятался от возмущенной девчушки на нижнем этаже. Наступившая в доме тишина насторожила Баскервилль. А когда она более не отметила присутствие членов «семьи» в особняке, в тоже мгновение предпочла спрятать свое лицо под алым капюшоном плаща и выбежать из здания, рассчитывая на то, что она еще сможет догнать хотя бы одного из всей группы. Дага, Фанга, Лотти – не важно. Важнее было то, что дождь лил, как из ведра, и запах «родных» мог достаточно быстро испариться...

- - - - > Уничтоженная Сабрия, Лес

0

16

<--- Сабрие. Город трущоб.
Уходя из трущоб Сабрие всё дальше к черте города, за которой массивным серым призраком располагался заброшенный особняк Баскервиллей, Шарлотте, не предвидевшей там ничего хорошего, всё меньше и меньше хотелось туда идти. Вслед за ней, мерно хлюпая грязью под лапами и по-прежнему сдерживая в зубах сопротивляющегося Оза, следовал поникший Леон и где-то там же, со свистом рассекая воздух хула-хупом, вместе с ковыляющим рядом Акробатом шла притихшая Элизабет. Всю дорогу ни один из них не произнёс ни звука, за исключением барахтающегося в тисках Цепи мальчишки и самого льва, тихим грудным рыком присмиряющего его. Подражая им, в разрушенной Сабрие воцарилось хрупкое предрассветное безмолвие, через раз нарушаемое едва слышным перекатом дождевой воды среди развалин. Поддавшись соблазну и вскинув голову вверх, поймав на горячие щёки несколько тяжёлых запоздавших капель, Лотти с наслаждением потянулась и утонула взглядом в нежном лазурном зареве неба. Сквозь рваные рассеивающие дождевые облака ещё местами угадывались мерцающие крошечные звёзды и гибкий лунный диск, но и они уже заметно поредели и поблёкли, уступив место яркому солнечному свету. В тот же миг разрушенный до основания город рассекли острые лучи небесного Светила, разбросав по пустым безлюдным улицам убогие бесформенные тени.
Впереди за массивными валунами уже показались первые переломанные «шпили» поместья и обветшалая крыша с избитой временем и погодой черепицей. Тёмные окна с выбитыми стеклами и рамами пустыми глазницами выпячивались наружу и подобно Бездне пытались поглотить всё то, чего они ещё не «коснулись». Большие чёрные вороны, сбивчивыми стаями кружась над особняком, неприветливо вгрызались взглядом в шествующих и то и дело бросали им отпугивающее-громкое скрипучее «карр». Устало покачав головой и лениво разогнав слетевшихся на шум птиц, Шарлотта остановилась у крыльца перед поместьем, терпеливо дожидаясь остальных. Растянув губы в улыбке и щёлкнув висящего в зубах Леона Оза по носу, девушка быстро развернулась на каблуках и без лишних слов вошла внутрь.
- Вот мы и пришли, Ози, - громко воскликнула Баскервилль, раскинув руки в стороны. Её голос гулким эхом отразился от деревянных стен и разнёсся по всему зданию, затронув каждый тёмный уголок и проникнув во все щели. – Чувствуй себя здесь как дома.
Звонко рассмеявшись, Лотти запрыгнула на спинку пыльного дивана и, закутавшись в свой плащ, с нежным трепетом посмотрела на мальчишку. Ей доставляло безграничное удовольствие видеть его боль, его гнев, его испытанную жалость ко всему живому. И слаще мёда Баскервилль была странная щемящая грусть, отражённая в глубоких изумрудных глазах Безариуса, и самоотверженный героизм, толкавший его на глупые безрассудные подвиги. И чем старательнее герцог изображал из себя экс-героя Джека, тем охотнее Шарлотта принималась его терзать, всякий раз изобретая всё более изощрённые для этого методы. Даже сейчас, вроде бы не имея на то очевидных поводов, девушка с неистовым наслаждением выдумывала для него креативные развлечения на ближайшие несколько часов. Нетерпеливо облизав пересохшие губы и стянув с одной руки мокрую перчатку, Лотти старательно изобразила на лице интеллектуальную деятельность, выбирая из уже придуманного что-то одно наиболее подходящее.
- Так, так, так, - вальяжно протянула Баскервилль, взглядом приказав Леону отпустить Безариуса на землю. – Чем бы нам с тобой теперь заняться? Лиззи, есть предложения?
Кокетливо хлопая глазами и прикусив в предвкушении нижнюю губу, Шарлотта медленно перевела взгляд на сестру, зная каким может быть оригинальным мышление девушки и какими идеями она могла выстрелить сходу.

Отредактировано Lotti Baskerville (2011-11-28 11:32:54)

+1

17

Положение оказалось мало того, что безрадостным и до слез обидным, еще бы, оказаться в пасти Леона после такой пламенной речи, без возможности сопротивляться, так и ко всему еще жутко неудобным, причем неудобным в прямом смысле этого слова. Вы когда-нибудь оказывались в зубах гигантского львоподобного существа, которое может перекусить тебя одним укусом? Нет? Тогда до конца понять чувства юного Безариуса будет сложно. Тем не менее Оз еще не терял решимости и уверенности в том, что он вырвется из рук Баскервилей.
Погода так же не слишком радовала. Не смотря на то, что  Оз  любил как и сам дождь, так и прогулки под ним, любил в дождливые дни сидеть на подоконнике и смотреть за каплями дождя, юркими струйками сбегающими  по стеклу. Сегодняшний же дождь, угнетающим потоком выбивал из Безариуса остатки сил, казалось, что стены этого древнего разрушенного города превращают любимую Озом погоду во врага. Молодой герцог промок до последней нитки, от долгого пребывания на ветру под дождем его начало несколько знобить.
Постепенно дождь стал стихать, а тучи рассеиваться. Баскервили и подневольный Оз вышли на дорогу ведущую к полуразрушенному поместью, не внушающему ни какого доверия. Серое, обветшалое здание, с полуразрушенной крышей, черные провалы пустых окон, заброшенная территория. Общее ощущение запустения и разрухи поместья ввели Оза в еще большее уныние.
Безариус постарался отогнать унылые мысли. Ему нужно было сосредоточится на побеге, ведь пытаться победить Баскервилей силой было бессмысленно и очень глупо. Значит, ему нужно усыпить их бдительность и только тогда делать свой ход. В голове герцога начал созревать план действий, еще не четкий и очень сомнительный, но для Оза это был как лучик солнца, выглянувший в  этот момент из-за туч. На долю секунды на его лице, согретом первыми лучиками света, мелькнула улыбка, которую он тут же спрятал, нельзя было показывать уверенность и волю.
Обидный щелчок по носу от розоволосой Баскервильки вывел его из раздумий, как бы обозначая конец пути. Как и опасался Безариус, это аварийное сооружение должно стать их пристанищем и главной его задачей в ближайшее время будет не побег, а попытки не погибнуть от рухнувшей стены или упавшего на голову кирпича.
Баскервили, а следом за ними и Леон со свой жертвой в зубах, прошли внутрь здания.
- Вот мы и пришли, Ози, чувствуй себя здесь как дома.
Девушка была очень громкой. Оз с надеждой посмотрел на потолок в надежде на то, что в ответ на громкие звуки с крыши свалиться что-нибудь тяжелое. Но то ли Баскервили подготовились и убрали заранее все представляющее опасность, то ли просто повезло, но с девушкой ничего не случилось.
Девушка громко рассмеялась, и уселась на спинку дивана, уставившись на Оза, чем несколько его озадачила.
«Такое ощущение… Что она меня за что-то ненавидит и ненависть эта не связанна с Волей Бездны… Что же я ей сделал?»
- Так, так, так, чем бы нам с тобой теперь заняться? Лиззи, есть предложения?
Повинуясь знаку хозяйки, Леон отпустил Оза на пол. Безариус неприятно шлепнулся на пол, неприятно ушибившись локтем. Он поднялся на ноги, потирая ушибленное место, и осмотрелся. Ничего, что могло как-то помочь ему сбежать, Безариус, конечно, не обнаружил, за то несколько размял затекшие за время неприятной поездки конечности, не делать же перед Баскервилями зарядку.
Оз широко улыбнулся, являя собой образец истинного Безариуса, в крови которого записано «не знаешь что делать?  Улыбайся».
-А, ну раз как дома я пойду погуляю, а то у вас тут обстановка… - он сделал небольшую паузу- … какая-то не здоровая. Впрочем, можете меня не ждать,начинайте пока что развлекаться – милостиво разрешил герцог и демонстративно направился к выходу, внимательно наблюдая за реакцией.

Отредактировано Oz Bezarius (2011-11-30 11:26:14)

+2

18

Сабрие, город трущоб-------------------->
Путешествие из города трущоб заняло уйму времени. Во всяком случае, так показалось Лиззи - сонная еще с момента окончания основных "приключений", каждый шаг ей казался чем-то великим, а минуты превратились в часы. Однако, несмотря на усталость, она никогда не была против помахать своим хулахупом, что она сейчас с успехом и делала, слушая несчастные всплакивания рассекаемого железом воздуха. Акробат же, бодрый абсолютно всегда, звенел своими железками и брел рядом с Лиззи, следя, как бы Оз чего не умудрил и, вырвавшись из своего "заточения", не сбежал.
Впрочем, этого не произошло. Когда компания дошла до поместья и даже вошла внутрь, Лиззи глубоко вдохнула пыльный воздух. В голове замелькали воспоминания о том, как когда-то давно здесь туда-сюда бегали слуги Баскервилльского Дома, как Джек молил Лотти о пощаде его наглой косы - впрочем, все это, разумеется, вспомнилось не потому, что недалеко от поместья располагалась дыра в Бездну(да и, надо сказать, располагалась она на достаточном расстоянии, чтобы ее влияние потеряло свою силу).
– Чувствуй себя здесь как дома.
Голос Лотти коснулся самых укромных и забытых миром уголков поместья. Лиззи на это заявление хихикнула, сонно потянувшись. "Ох, что-то я не думаю, что он будет себя здесь чувствовать, как дома~" Последовав примеру сестры, Лиззи расположилась в креслице, которое она когда-то однажды оккупировала сто лет назад - и с тех пор никто его не занимает, ибо просидела она в нем, судя по всему, очень долго... А может, даже заснула там.
Но это было сто лет назад. А сейчас - это сейчас, и сейчас Лотти вдруг дала Элизабет задание - придумать, как же леди сейчас будут развлекаться с Оззи. Лениво потянувшись в своем кресле, держа в одной руке хулахуп, Лиззи протянула:
- Хмммм, действительно, ка-а-а-ак же~ Дай-ка пару секунд подумать, можно... Мо-ожно...~
-А, ну раз как дома я пойду погуляю, а то у вас тут обстановка… Какая-то не здоровая. Впрочем, можете меня не ждать, начинайте пока что развлекаться.
Моментально среагировав на заявление Безариуса, а именно - забросив в его сторону хулахуп, который, со свистом порвав воздух и тишину, впоследствии впился в дерево рядом с дверным проемом, Лиззи расплылась в тонкой не то усмешке, не то улыбке до ушей.
- Руки отрежем, хе-хе-хе~ А вообще, отрезать руки - это банально, так что, пожалуй, мы с тебя будем ма-а-аленькими кусо-очками срезать мясо. Сначала срежем мясо с груди, а потом с плеч, живота, бёдер~ А если срезать аккуратно, относясь к этому делу со всей серьезностью, то можно срезать и целых три тысячи кусков - представляешь, как здорово!? - Голос девушки то и дело вздрагивал, а к концу предложения и вовсе подскочил до нервного крика, сама она весьма красочно представляла себе все то, что сейчас цитировала из какой-то книги, при этом безумно улыбаясь. Глаза ее в этот момент были широко раскрыты - в них можно было увидеть нескрываемые дикие пляски безумных огоньков. - Интересно, сколько мы срежем?~ Ах да, совсем забыла... Чем больше ты боишься... Тем меньше... кро-во-то-чит~
Лиззи безумно расхихикалась, довольно и широко улыбаясь.
"Ой, как будет весело~"

+2

19

--> You lead me deeper through this maze... ©
Едва была пройдена опасная зона у площади, где Шалтай ещё мог дотянуться до них, как с лица Кристиана тут же сошла улыбка, сменившись беспокойством. Он резко остановился, оглядывая свою Цепь. Поджал губы, произнес, проводя рукой по морде змеи – со стороны это, конечно, смотрелось дико: 
- Мда, давно тебя так не трепали, верно? Но теперь все наладится… - он не обманывал – Цепи восстанавливались быстро, через пару дней Хронос вновь будет таким же вредным, неусидчивым змеем, но сейчас…сейчас важно вернуться и не попасться какому-нибудь паршивому нелегалу с Цепью. А хотя…губы вновь изогнулись в хищной ухмылке.  Пусть приходят, пусть покормят собой его оголодавшую Цепь, станут той самой подпиткой, которая восстановит целостность чешуи и тканей. Ну же, букашки, подходите, вы ведь чуете запах крови – человеческой и не очень? Давайте же, ну же, не стесняйтесь, нас тут всего лишь двое…
...Но уговоры не помогли – то ли Цепи нелегалов были заняты кем-то повкуснее, чем Баскервилль и Хронос, то ли просто были слишком далеко, чтобы это почувствовать. Так или иначе – надо было съесть мальчишку, а не разговаривать с ним о том, о сем, о погоде. И уж тем более челку стричь. До чего ты смешон, Баскервилль – неужто проснулась в тебе жалость, желание оставить в живых черноволосого? И он ведь в итоге и остался. Мальчишка – контрактор? Шалтай – вот ведь грустная ирония судьба, могущественная Цепь служит какому-то мальчишке…
Дождь давно перестал, наконец-то стали подсыхать лужи, и, глядя на свое отражение в одной из них, Кристиан решил, что лучше уж приведет себя в порядок потом…вернутся в поместье, полюбуется на то, как девочки играют с новой светловолосой игрушкой, с Озом Безариусом. Здравствуй, Джек, здравствуй, ностальгия, хочешь выпить вина? Ах нет, твоя реинкарнация всего лишь мальчишка, ему вредно вино…Даже такое старое. Но какая разница? Смех вновь ралетелся по окрестностям, и Крис, наконец-то стряхнув с себя путы скорби по раскроенной шкуре своей Цепи, отправился к их поместью, точнее, к останкам их поместья. Где их былая слава, блеск, роскошь? Все осталось там, в Бездне, вместе с их возрастом, их рассудком…
Наступившая ночь была только на руку – прохладный после дождя воздух приятно вливался в легкие, дарил ощущение жизни…если бы, конечно, Баскервилля сейчас занимали такие мелочи, как какой-то там воздух. На деле же он быстро и размашисто шел, то и дело оглядываясь на Хроноса – его Цепь, его друг, пострадала, и сильно, от ударов Шалтая. То тут, то там была видна рассеченная чешуя, и из неё сочилось что-то, очевидно, заменявшее Цепям кровь. Неприятное зрелище, но в Бездне и не такое бывало, поэтому Крис передернулся лишь внутренне, вспомнив побоища, из которых Цепь выходила победителем – а теперь влачится, как старая кляча, которую жалко даже разгорячить кнутом, чтоб поднималась в гору. Подбадривать Хроноса не хотелось – в конце концов, пусть ты и не высшая Цепь, но так бездарно пострадать от какого-то там шарика с языком…Шалтая…да им повезло, что они выжили! Как такое могло случиться? Ведь Шалтай должен был перейти кому-то из Баскервиллей, чтобы защищать Глена! 
В раздумьях он остановился на возвышении, образованным обломком колонны, откуда открывался вид на их особняк. Когда-то это была роскошная вилла с прилегающим к ней парком, выстроенная в лучших традициях классицизма, с легким налетом романтизма. Теперь же вид здания был удручающ – местами перегородки обвалились, и посему второй этаж использовался только в левом крыле – в правом, где раньше был банкетный зал, обвалился потолок, и поход туда был чреват парой ударов по голове чем-нибудь потяжелее обвалившейся штукатурки. В итоге годным для жилья оставалось только  левое крыло, где раньше располагались спальни. Так что, по сути, они немного потеряли…Общий сбор наверняка в малой гостиной – куда ещё можно было потащить мальчишку? Уж не к нему в спальню, откуда воры и бродяги утащили все, кроме кровати – та была прибита к полу и потолку – и занавесок, которые они  то ли из вредности, то ли от отчаяния покромсали на изысканное кружево. Да, сейчас от былой роскоши остались лишь лепнина на потолках и местами в залах  -как ни странно, сохранились его и Глена парадные портреты в галерее, а также групповой портрет их семьи. Забавно наблюдать, какими они были…и какими являются сейчас…
Эх, была не была, хватит ностальгировать, пора бы уже вытрясти душу Джека из мальчишки, да и девочки наверняка хотят передохнуть. Простреленная рана уже почти затянулась, оставляя неприятный шрам на теле,  а кровь на рубашке уже успела высохнуть, осталась только дырка на рубашке…на его единственной белой рубашке! Впрочем, красная она стала даже лучше…на рассматривания своего живота не осталось времени – он уже входил в парадную дверь, когда услышал – он был прав, Лиззи и Лотти притащили Оза в гостиную: 
- Так, так, так. Чем бы нам с тобой теперь заняться? Лиззи, есть предложения? – свернув в один из боковых проходов, Кристиан направился обходным путем к месту собрания – надо было проверить, нет ли за ними хвоста, выгнать всяких бродяг, покормить ими Хроноса...  За ними никто не следил – какая досада! Абсурд, нелепость, небывальщина! Никому неинтересны Баскервилли? Никто не хочет их поймать? Странно…
Сквозь порушенные местами стены и перегородки ему был слышен весь разговор, и он усмехнулся, слыша, как бодро отвечал заложник – второй заложник за день, уж этот не сбежит!
-А, ну раз как дома я пойду погуляю, а то у вас тут обстановка…какая-то не здоровая. Впрочем, можете меня не ждать, начинайте пока что развлекаться – Послышался свист рассекаемого воздуха, и мгновение спустя косяк фактически расшибло в прах необычное оружие Элизабет.   
- Вау, браво, браво, Элизабет, теперь у нас одной дверью меньше. – скупо обронил Кристиан, входя наконец в столовую и насмешливо улыбаясь, прислонился к стене, небрежно поигрывая вытащенным стилетом. Хронос прополз глубже, небрежно мазнув боком, как будто бы большая кошка, по сапогу Безариуса, вынуждая того сдвинуться. Подсыхающие раны на  теле змеи имели вид грозный и в то же время вызывали много немых вопросов. 
- Здравствуй, Оз. – тихо произнес Кристиан, оглядывая мальчишку с ног до головы. Черт возьми, действительно похож! Не хватает только косы и зеленого кафтана, пару сантиметров роста.  – Куда-то  торопишься?
Он оглядел гостиную, встретился глазами с Шарлоттой, восседавшей на спинке старого дивана, Лиззи, уютно устроившуюся в глубинах кресла – только поблескивали озорством глаза. Та начала – сначала тихо, а к концу все более проникаясь тем, о чем она говорила. Девушка говорила о пытках, о том, как можно укоротить Оза с той или с иной стороны. Герцог терпеливо дождался, пока она закончит, потому вновь перевел взгляд синих глаз на нынешнего наследника Безариусов, и произнес, откидывая волосы назад: 
- Ну как, мальчик, нравится тебе это? - Шарлотта отмалчивалась, и это было странно, поэтому Баскервилль продолжил, обращаясь ко всем, и как будто сам с собой – тихо, но отчетливо, так, что каждое слово отражалось в сводах: 
- А знаешь, Лиззи, резать на куски слишком скучно – мальчик может умереть раньше, чем появится Джек. Ведь его раны не затянутся, как наши… - он провел пальцем по щеке, по тому месту, где ещё недавно был порез, давным-давно затянувшийся.

Отредактировано Kristian Baskerville (2011-12-07 10:29:06)

+1

20

О, ну где же тот проклятый худосочный веник, так по-дурацки болтавшийся когда-то за спиной у Джека Безариуса? С каким же удовольствием сейчас Шарлотта выдернула бы его и петлёй скрутила вокруг тонкой шеи Оза, медленно разводя в стороны концы и с наслаждением вырывая из его горла надрывный сиплый хрип. Не убить - но покалечить. Чтобы силой выманить из недр памяти юного герцога запрятавшегося там мнимого героя и принудить его пролить свет на тайну Сабрийской трагедии и, в конце концов, заставить ответить за смерть её господина. «О, даа~, Ози, за ошибки предыдущих поколений расплачиваться перед нами придётся одному тебе. Вот только интересно, насколько велика цена твоей жизни?» Невольно впившись жадным взглядом в мальчика, Лотти слепо пыталась оценить шансы Баскервиллей в очередной попытке вытрясти из хилого юного тельца Джека и его ослиное упрямство со всеми допустимыми ему крайностями. Однако прежде чем девушка успела сделать какие-либо выводы, так ничему и не наученный Безариус круто развернулся на месте и, демонстративно встав в позу, направился к выходу. Просвистевший в воздухе как бы ненароком брошенный вслед хула-хуп, едва не зацепив мальчишку, с характерным треском врезался в дверной косяк. Не выдержав напора, доски с грохотом разлетелись брызгами щепок, подняв в воздух слежавшуюся с годами пыль и уничтожив ещё одну дверную арку. Неодобрительно покачав головой, Шарлотта перчаткой отмахнулась от приблизившегося к ней невесомого облака и, прокашлявшись, обратилась к Лиззи.
- Лиззи, Лиззи. Тебе всего семнадцать, откуда столько кровожадности, а? – девушка широко улыбнулась и игриво подмигнула сестре. – Боюсь, что если мы начнём срезать мясо с Оза, то он может и не выдержать боли. Вероятнее всего не выдержит. А мы, к сожалении, не можем так рисковать, увы.
Леди Баскервилль виновато развела руками в стороны и обиженно вытянула губы трубочкой.
- А вот ты, Ози, - раздражённый взгляд лиловых глаз обратился к Безариусу. – Повзрослей, наконец. Ты сейчас не в том положении, чтобы вести себя как капризный ребёнок.
Удручённо покачав головой и шумно вздохнув, Шарлотта подпёрла подбородок ладошкой и, нервно перебирая тонкими пальцами свободной руки подол плаща, медленно переводила взгляд с одного присутствующего на другого. В комнате наступила долгожданная тишина и единственное, что её нарушала, это мерный скрип покачивающегося на ветру здания. Устало прикрыв глаза и на время забыв о присутствии других лиц, Лотти погрузилась в свои мысли и с настороженностью прислушалась сухому скрипу. До ушей девушки донеслось тихое едва различимое и до боли знакомое шипение. Неприязненно скривившись, Баскервилль повернула голову на звук и открыла глаза. Она с первого взгляда узнала огромную трёхглавую змею, всем телом извивающуюся на пыльном полу. Хронос. Нахмурившись, Шарлотта быстро выпрямила спину и зарыскала по гостиной взглядом, высматривая в полутьме его хозяина. Она не ошиблась, Кристиан был уже здесь и стоял чуть поодаль от них, благоразумно не вмешиваясь в разговор. Выглядел он неважно: на щеке и одежде запеклась кровь, рубашка неряшливо смялась, а распущенные волосы запутались на концах и местами торчали в разные стороны. Удивлённо вскинув брови, Лотти адресовала главе немой вопрос, но тут же отвернулась от него, не желая слышать ответ. Всё было и так предельно ясно, получил лже-Глен раздачу от мальчишек, вчетверо младше его самого. Ай-яй-яй, господин Крис, как же так? Ухмыльнувшись, девушка скрестила на груди руки и откинулась спиной к грязной стене, терпеливо дожидаясь следующего приказа.
«Купались десять негритят. Нельзя шалить в реке ведь! Но так шалил упрямый брат, Что братьев стало девять», - растянув губы в улыбке, Лотти мысленно напела себе любимую песенку. «Однажды девять негритят Охотились за лосем. Попал на рог девятый брат, И вот их стало восемь~»

:о|:о

пристрелите меня, но это всё, что я смогла из себя выдавить. простите.

0

21

Нельзя сказать, что Безариус действительно надеялся свободно покинуть поместье, как не удивила Оза и реакция одной из девушек. В дверной проем рядом с ним вонзилось хитрое приспособление,  в котором парень не с первой попытки опознал оружие. Оза осыпало дождем щепок и древесного праха.
«Элегантностью решений дамы не отличаются» - удрученно подумал Безариус и тяжело вздохнул. Похоже ему предстоит провести тут крайне увлекательное время, за которое ему необходимо будет понять, что от него все-таки хотят Баскервили… От него или от Джека.
В последнее время наличие в нем памяти именитого предка Причиняло мальчику не мало хлопот, начиная от навязчивой опеки Пандоры, заканчивая неприятным вниманием Баскервилей. «Что же ты такого знаешь, Джека, такого, что за тобой гоняются все вокруг».
За его спиной маленькая, на первый взгляд безобидная девочка начала перечислять варианты ближайшего время проведения с самим Безариусом.
- Руки отрежем, хе-хе-хе~ А вообще, отрезать руки - это банально, так что, пожалуй, мы с тебя будем ма-а-аленькими кусо-очками срезать мясо. Сначала срежем мясо с груди, а потом с плеч, живота, бёдер~ А если срезать аккуратно, относясь к этому делу со всей серьезностью, то можно срезать и целых три тысячи кусков - представляешь, как здорово!?
С каждой новой фразой девочка нравилась ему все меньше и меньше, а к концу монолога и вовсе была причислена к разряду людей, с которыми он бы за один стол не сел бы. Оза несколько беспокоило то, что милые, на первый взгляд, девушки, с которыми он, встретившись где-нибудь на балу, с удовольствием пофлиртовал бы, ведут себя как безумцы с маниакальным синдром. Возможно так на них повлиял контракт, который, как известно, заключают все Баскервили, возможно это последствия Сабрийской трагедии, после которой герцогский дом Баскервилей потерял и дом и славу и свой путеводный свет – Глена Баскервиля. На душе Оза было не спокойно, ведь скорее всего всю вину за гибель своего лидера они возложили на Джека, а так как ни кто иной, как Оз является наследником как дома, так  и самого Джека, то расплачиваться придется ему.
Внезапно блондину стало очень-очень грустно и одиноко. Рядом не было ни кого из близких. Ни Гила, ни Алисы, ни Шерон, ни даже Ксарксиса. Был только он и, обезумевшие от гнева и потерь, Баскервили. Озу было даже несколько жалко их, непрезрительно, а по доброму и грустному. Они, в принципе, не были ни в чем виноваты, все произошедшее было просто результатом больших игр глав домов. Не смотря на то, что однажды Оз сам станет главой герцогского дома, если доживет конечно, он даже не представлял происходящее в верхушках власти. Впрочем, последнее было не удивительно, ведь обучением должен был заниматься его отец, который ненавидел своего сына.
Оз несколько отрешенно слушал как девушки и внезапно появившийся, несколько потрепанный мужчина обсуждали его, Оза, выносливость и вероятность пережить данную встречу. Судя по всему шансы ее пережить повышались, а вот шансы остаться невредимым стремительно таяли.
- А вот ты, Ози. Повзрослей, наконец. Ты сейчас не в том положении, чтобы вести себя как капризный ребёнок.
«Но… я и есть ребенок» - несколько растерянно подумал Оз.
В нем закипела ярость. Он вырвал  из косяка странное оружие и презрительно бросил к ногам владелицы. Не смотря на перечисленные угрозы и малые шансы на выживание, он до последнего будет образцом чести  и гордости Безариусов. Он скрестил руки на груди с гневом глядя на своих противников.
- Думаете развлечься? Возомнили себя божками этого разваленного поместья? Оставшиеся без дома, без признания. Не уж то вам так тяжело начать все с начала и жить в мире с людьми, а не убивать их? – Оз все распалялся – Да, вы можете меня убить, освежевать, замучать, но что это вам даст?  Равлечение?  Не думаю, от меня вы не услышите ни крика не мольбы, а от моих друзей вы получите не гнев, а холодную месть. Вы хотите отомстить Джеку? Джек давно умер и что-бы вы не сделали, ваши жалкие попытки не заденут его, как и не вернут к жизни вашего разлюбмиого Глена.
Несколько секнд он смотрел на небо сквозь прорехи в потолке. Невольно думая, как же невероятно видеть небо, находясь в неволе… Он несколько успокоился и тихо добавил.
-Не моя и не ваша вина, что все это произошло, а Глен и Джек сполна заплатили за свои грехи. К чему новые реки крови…
Он устало прислонился к полразрушеной стене и выдохнул. Пожалуй происходящего было слишком много для пятнадцатити летнего мальчика.

+1

22

- Вау, браво, браво, Элизабет, теперь у нас одной дверью меньше.
- ...Старалась.
Знакомый голос вывел Лиззи из состояния эйфории, заставив вздрогнуть. Чуть нхмурив брови, девушка поджала губы, обиженно глядя на Криса, который, похоже, только-только вошел в помещение. Ах да, Крис... Он ведь, вроде, собирался прийти на допрос Оза после того, как разберется со светловолосым парнем и "чернильной елкой", сопровождавшими вышеупомянутого Безариуса. Удалось, судя по всему?
Увидев на рубашке брата кровавые пятна, откуда-то имеющие обычай разрастаться на тканях и в воде узором, подобным цветам, Лиззи со всем любопытством в глазах, столь присущим ей в моменты, когда безумие не начинает проявляться, посмотрела и на щеку брата, наклонив затем голову.
- Тебя что, застрелили? - с детским выражением лица, Лиззи вновь принялась ворочаться в кресле, думая, как же удобнее там устроиться - в одном положении сидеть уже надоело, и вскоре в голову пришел оптимальный вариант - действительно, а почему бы не устроить ноги на синке кресла, а самой не свеситься с кресла, поглядывая то на Кристиана, то на Хроноса, то на Оззи? Что, собственно, Лиззи и сделала, сонно-лениво потянувшись - шаткое состояние, когда хотелось что-нибудь порезать на кровавую массу, вроде, успело упокоиться с миром. На время, но все же...
- А знаешь, Лиззи, резать на куски слишком скучно – мальчик может умереть раньше, чем появится Джек. Ведь его раны не затянутся, как наши…
Лиззи вновь поглядела на брата - до этого ее взгляд был сосредоточен на зеленоглазом Безариусе, и Элизабет пыталась найти в Озе хоть одно его внешнее несходство с Джеком. И какие же успехи? Ну, нету косы, рост меньше... И все, что ли?
- Я же не предлагаю его прям до костей резать... - "хотя, по сути, могла бы". - Только чуть-чуть, то-о-оненькими слоями, чтобы просто больно было. Ведь все мы успели хоть раз порезаться, когда еще не были Баскервиллями, верно? Не умерли же, и он не умрет - тем более, что он герой!
"Его реинкарнация, точнее, но не суть".
Повернув голову к Лотти, насколько это было возможным в ее положении, Лиззи по-детски надула губы, почти тут же начав разъяснять, так, словно это было чистой воды истиной:
- Между прочим, почти восемнадцать! Какое вот сегодня число? В конце июля день рождения же. А, и еще - если бы я не была такой жестокой, то, возможно, я бы никогда и не увидела этот самый огонек... - Лиззи ойкнула, закрыв рот рукой - этого же, кажется, нельзя было говорить, верно? Впрочем, что сказано - то сказано, - ...и не видать вам тогда такой неповторимой и милой Лиззи, то-то же! - Гордо хмыкнув, Лиззи для пущей строгости сложила руки на груди, все еще по-детски хмуря бровки и губы и успешно забывая, что она только что слегка проговорилась.
Интересно, а как Баскервилли будут допрашивать блондина? "Небось, опять же пытки какие-нибудь..." И вновь воображение начало рисовать зверские картины, губы Лиззи растянулись до ушей в довольной ухмылке, а глаза невольно прищурились. Усмехнувшись, девушка нехотя взяла воображение в свои руки, заставив его, наконец, помолчать со своими пытками, так как надуманные варианты были больше похожи на казни. А как жаль-то! Столько хороших вариантов - а нельзя. Утыкать кинжалами - умрет. Срезать мясо, как уже было обговорено, - умрет. Срезать кожу - почти то же самое, что и предыдущий вариант, просто чуть более ювелирная работа, но все равно итог один - умрет. И еще уйма жестоких вариантов пыток(казней?), которые, к величайшему сожалению, придется откинуть Баскервилльских интересов ради. Не могут же Баскервилли ждать реинкарнации еще сотню лет, верно?
Совсем скоро Оз кинул излюбленное Элизабет оружие к креслу, в котором вверх ногами устроилась Баскервиллька, - и горе ей, если бы в последний момент она не поймала хулахуп. Вновь поджав губы, - сразу видно, что всей опасности почти произошедшего столкновения кольца и ее переносицы Лиззи не оценивает, как что-то ужасное или хоть немного опасное, а стоило бы, - девушка хмыкнула, аккуратно положив "сушку" на полу под головой.
- Не моя и не ваша вина, что все это произошло, а Глен и Джек сполна заплатили за свои грехи. К чему новые реки крови…
Элизабет невольно рассмеялась - звонко, громко, так мило обнажая ровные зубы. Такой наивный... Ему ли знать, каково было Баскервиллям, когда они убивали всех тех людей, которые ни в чем не провинились - людей, которые должны были спокойно дожить свой век и уснуть навечно в земле, лишь изредка вспоминаемые своими родственниками? Маленький Безариус никогда не поймет, каково это - видеть страх, испуг и ужас в глазах людей, которых тебе было жалко - но жалко-то лишь первое время, а затем... затем господствовать начинают ощущения и желание убивать, появившееся после того, как Баскервилли сошли с ума. Главное - перейти границу разума, решить, что все должно быть так, как хочется! Главное - сойти с ума, как и ныне мертвый господин... Бездна не свела их с ума, она лишь добила их несчастный рассудок.

0

23

В поместье было довольно прохладно и сыро после того, как целый день над Сабрие царила плохая погода с дождем и холодным пронизывающим до костей, стремящимся сорвать одежду, да что уж там – саму кожу с неосторожного путника. Но Баскервилли были не той закалки, чтобы не перенести какой-то там дождь и холод. Не из того теста, а из того, что воспитала в них Бездна – постоянная подозрительность, дерганность, осторожность и хитрость. Ничем другим было не сохранить себе жизнь в этом месте. Ещё, конечно, постоянный контроль своих эмоций, мыслей и прочего…но здесь они потерпели крах, и больше полагались на интуицию.
- Тебя что, застрелили? – Кристиан со привычной ленцой протянул, почти не глядя на девушку, несколько отрешенно смотря прямо перед собой, но явно ничего не видя:
  - Добывал вот эту замечательную штучку… - герцог легко вытянул из потайного кармана плаща пистолет, и, зажимая его двумя указательными пальцами, показал девушке. На лице его была написана усталость, плюс мужчина поморщился, когда случайно задел локтем не полностью ещё зажившую рану. В этот момент он поймал взгляд Шарлотты – цепкий, изучающий весь его внешний вид, он задержался на окровавленной рубашке – и девушка с досадой отвернулась, мягко, по-кошачьи заговорив с Безариусом. 
Приятные нотки голоса Лотти терялись где-то за лепниной потолков, частично отвалившейся, но отчасти по-прежнему передающей картины сотворения и разрушения мира. Ангелы поднимали праведников на небеса, к святому престолу, а грешников черти вилами скидывали в геену огненную. Та же Бездна, те же грешники, та же вера в чудеса. Не убий, не укради, будь честным. Религия – опиум для народа? Вполне возможно, но кто теперь Баскервилли? Они прошли Бездну и вернулись. Падшие ангелы? Боги? Кто там ещё?
Слух лениво ловил разговор, но встревать в него не хотелось ни капли – мужчина устал и хотел этой тишины, что невольно отгораживал свое сознание ото всего происходящего здесь. Полуприкрыв глаза, Крис следил за Безариусом, отмечая про себя, что, должно быть, он поспешил с выводами, решив, что мальчишка похож на Джека. Определенное сходство, конечно же, есть – те же растрепанные, не поддающиеся никакой расческе волосы, те же ярко-зеленые глаза и чересчур спокойное, вечно довольное лицо…Воспоминания вновь затянули на дно – «герой» Сабрийской трагедии, однако, никаким вином и никакими другими средствами из памяти стираться не желал, засев там прочным зелено-желтым пятном. На лице вновь смешалось желание выкинуть это из памяти, но это означало и предать те воспоминания, что были единственной ниточкой, что связывало его с прошлой жизнью. А быть может, действительно так – они просто умерли, и началась новая жизнь? Но почему она такая похожая на предыдущую?
- Ведь все мы успели хоть раз порезаться, когда еще не были Баскервиллями, верно? Не умерли же, и он не умрет - тем более, что он герой! – Кристиан поморщился, и, не торопясь отвечать на реплику сестры, направился, огибая потертую мебель, что ещё успела остаться после ста лет развала, да и та, что была «добавлена» Баскервиллями после возвращения. Поиски необходимой бутылки не заняли много времени, и вскоре бокал наполнился густой красноватой жидкостью – терпкой и густой, как недавно сочившаяся кровь. Но вкус, запах и аромат – другие, более полные, более вдохновляющие, душащие рассудок, расплетающие язык…
- А, и еще - если бы я не была такой жестокой, то, возможно, я бы никогда и не увидела этот самый огонек...и не видать вам тогда такой неповторимой и милой Лиззи, то-то же! – неспеша поставив бокал на место – дать немного времени вину стать свободнее, игривее, чтобы растечься по телу, подобно огню – Баскервилль ответил, возвращаясь и становясь за креслом девушку, несколько рассеянно поглаживая спинку, ощущая под руками приятный материал:
- Но ты ведь здесь, значит, так должно быть, Элизабет… - правая рука осторожно коснулась волос девушки, перебирая один из кудрявых хвостов, и через секунду оставила их в покое.
Маленький Безариус вдруг разразился длинной тирадой, говоря что-то неприятное о Баскервиллях, о Джеке и Глене. Герцог слушал внимательно, не сводя с него пронзительного взгляда сапфировых глаз, о чем-то  думал и чуть улыбался – улыбка едва трогала его строгие губы, запечатывая уголки в одной позиции, приподнимая их.
- Думаете развлечься? Возомнили себя божками этого разваленного поместья? <…> Не моя и не ваша вина, что все это произошло, а Глен и Джек сполна заплатили за свои грехи. К чему новые реки крови… - перебрав тонкими, похожими на лапки паука, пальцами по спинке кресла, герцог, вновь посмотрев на Шарлотту, проведя рукой по шее Лиззи, и, умудрившись оправить рубашку – теперь, несмотря на то, что она была покрыта засохшей коркой крови, она выглядела аккуратно и достойно – Крис ответил, чуть насмешливо улыбаясь, глядя в эти изумрудные глаза:
- Понимаешь ли, Оз, нам не нужен ты… - короткая пауза, но вновь слышен был стук капель о камень – нам нужен Джек. Мы хотели бы…узнать некоторые подробности о Сабрие… но маленький мальчик не может рассказать нам об этом. Поэтому Элизабет, - прохладные пальцы коснулись щеки сестры, поглаживая нежную кожу, - а следом и Лотти, - плавный жест рукой в сторону старшей сестры. – предложили свои варианты того, как нам достать из тебя Джека. Может быть, ты знаешь другой способ?

+1

24

Гадкая липкая пыль, медленно слетая откуда-то сверху с дырявого изрешёченного потолка, едва заметным в тусклом естественном свете невесомым облаком спадала вниз. Где-то далеко в пустых углах поместья только сейчас запоздало и тихо ухнуло эхо, среагировав на разрушительный удар хула-хупа, и вскоре стихло совсем, погрузив ветхое здание в тишину. Лотти, слегка запрокинув голову и всмотревшись в блёклое мутное пятно света через зияющую дыру крыши, страстно улыбнулась, ощутив, как по влажной спине пробежали приятные мелкие мурашки. Совсем как в Бездне. Тихо. Пусто. Но так неспокойно и несколько страшно, что заставляет быть на стороже даже во сне, заставляет сжимать горячую рукоять кинжала и пустить его в ход, обороняясь от обезумевшей и оголодавшей Цепи. Лишь одно с тех пор изменилось – на месте хищников теперь были они, Баскервилли, яростно и трепетно следующие за своим господином. Жертвами же отныне становились те, кто слепо им противостоял.
Гулко тому ухмыльнувшись, девушка задумчиво облизала пересохшие губы и, откинув мокрый плащ за спину, мягко спрыгнула с дивана. Он, неуклюже покачнувшись и жалостливо скрипнув, чудом не развалился на сухие подгнившие ошмётки, но всё же заметно покосился на одну сторону. Не придав этому значения, Шарлотта сделала пару шагов в сторону Оза, но, словно передумав, резко остановилась и прислонилась плечом к грязной стене. Резкая шероховатая поверхность выступающих наружу досок сразу «обожгла» белую нежную кожу Баскервилль, которая, казалось, этого даже и не заметила. Она с насмешкой и всё же с неподдельным интересом вслушивалась в грозную испытанную речь пленника, острым лезвием прорезающую тяжёлый затхлый воздух вокруг него. Пару секунд и триада иступилась, пошла на спад и вскоре самоотверженный настрой мальчика сменился подавленным смятением, почему-то показавшимся Лотти жалким оправданием. Когда Оз замолчал и в немой мольбе обратился к небу, поместье содрогнулось от весёлого звонкого смеха девушки, закатившейся в несдерживаемом хохоте.
«Месть! Месть!», - жадно повторяла про себя Шарлотта, вытирая стянутой раньше перчаткой подкатившие жемчужинки слёз. «Нет, вы слышали это? Месть!». Прыснув в новом приступе смеха, Баскервилль слегка прогнулась в спине назад и зачем-то замахала свободной рукой, словно кого-то от себя прогоняя. С её губ изредка вырывались какие-то случайно вырванные из речи Безариуса фразы, а в промежутках, девушка алчно заглатывала ртом сухой дряблый воздух, с избытком заполняя засаднившие от смеха лёгкие. Немного успокоившись, Лотти откинулась к стене уже спиной и, с трудом отдышавшись, отвернулась от мальчика в обратную сторону. С каждой секундой её интерес подогревался всё больше, однако, сдержавшись, она благоразумно предоставила воспитательную работу Кристиану, нежно лелеющему волосы Лиззи.
И он не заставил себя ждать. Действующий глава семьи, мягко варьируя голосовыми интонациями, достойно ответил на триаду Оза, натыкав мальчика носом в его теперешнее место. Вторя словам Криса, откуда-то сбоку убедительно, но тихо рыкнул Леон и шумно переступил тяжёлыми лапами на скрипучем полу. В это время Шарлотта, театрально прикрыв ладошкой рот, звучно хихикнула и, не удержавшись, холодно блеснула янтарными глазами в сторону мальчика. Вдоволь насладившись его смущением, Баскервилль перевела взгляд на брюнета и, слегка склонив голову вбок, мягко ему кивнула, в ответ на адресованный ей жест. В след за этим, Лотти нетерпеливо скрестила на груди руки и полностью повернулась к Безариусу, проколов его колючим цепким взглядом.
- Не месть нам нужна, глупый ты ребёнок. И даже не реки крови, о которых ты говоришь. Мы лишь жаждем вернуть себе честь, которую смел запятнать и утащить с собой в могилу Джек Безариус, облив нас всех пустой ложью. И до тех пор, пока мы это не решим, ты и твои друзья (девушка брезгливо выплюнула это слово и неприязненно поморщилась) будете бесконечно защищать друг друга и погибать один за другим. Систематично. Безотлагательно. Раз за разом. Друг за другом. Как по кругу на детском утреннике.
Губы девушки самовольно растянулись в беззвучной грубой улыбке, сильно исказив красивое лицо Шарлотты. Подскочив к мальчику, она зашла к нему со спины и, чуть склонившись над ним, до крови прокусила ухо.
- Как тебе это нравится, Ози? Разве отстаивать свою честь – это так плохо? Разве желать восстановить истинную правду – неправильно? Разве пресекать грязную ложь – это преступление? Ты видишь в нас не ту сторону медали, мальчик. Ты повёлся на чьи-то байки и твёрдо уверил себя в том, что есть зло, а что добро, толком во всём и не разобравшись.
Оттолкнув Безариуса в сторону, гордо выпрямившись и накинув на голые плечи свой плащ, Шарлотта неспешно подошла к Лиззи и Крису, по-прежнему стоявшим на своих местах. Она не видела их лиц и даже не поддалась любопытству, чтобы взглянуть на них. А просто замолчала и уткнулась виском в мягкую густую гриву подоспевшей к ней Цепи.

+2

25

Озу начинало казаться, что он уже сам начинал заражаться безумием, безумием этого места, безумием этой ситуации, безумием этих людей. Все это могло казаться нелепой драмой, если бы не было столь реальным и столь печальным. Истерично смеющаяся девочка, руки которой, несомненно, по локоть в крови, человек, весь в собственной крови, но тем не менее не потерявший своего безумия и кровожадности, красивая девушка с безумными глазами…. И маленький мальчик, который хотел жить со своими друзьями, провести интересную, яркую жизнь в мечтах  о приключениях, но… Приключения стали реальностью  и вот он погруженный в безумие находится здесь….
-Понимаешь ли, Оз, нам не нужен ты… нам нужен Джек. Мы хотели бы…узнать некоторые подробности о Сабрие… но маленький мальчик не может рассказать нам об этом. Поэтому Элизабет, предложили свои варианты того, как нам достать из тебя Джека. Может быть, ты знаешь другой способ?
Оз прислонился к стенке и устало сполз на пол. Сначала присутствие героического духа Джека было лестно его юношеской натуре, но с каждым днем Джек приносил все больше проблем. Кто знает, от чего может появиться Джек и чем все это закончится, так же как неизвестно, чего эти люди хотят от человека умершего столетие назад.
-Нет, простите, но я не могу Вам помочь – устало пробормотал он. Злость и гнев сменились странной апатией.
Герцог прикрыл глаза и откинул голову назад, стараясь прийти в себя. Нужно просто привести себя в чувство и найти достойный выход.. В конце концов, если он погибнет, кто поможет Алисе вернуть воспоминания? Ему казалось, что он падает на дно бездонной ямы, голоса извне  доносились до него как из другого мира.
"Может просто уснуть?  Я так хочу спать"- забилась в его мозгу спасительная мысль, "Во сне мир будет чище и спокойней"- он силой воли отогнал соблазн.
Юный герцог снова вернулся сознанием в комнату, как раз  к началу монолога своей пленительницы.
- Не месть нам нужна, глупый ты ребёнок. И даже не реки крови, о которых ты говоришь. Мы лишь жаждем вернуть себе честь, которую смел запятнать и утащить с собой в могилу Джек Безариус, облив нас всех пустой ложью. И до тех пор, пока мы это не решим, ты и твои друзья будете бесконечно защищать друг друга и погибать один за другим. Систематично. Безотлагательно. Раз за разом. Друг за другом. Как по кругу на детском утреннике.
Да…Вот оно… Друзья. Сама того не ведая девушка дала пошатнувшейся воле Безариуса новую опору. Именно друзья его сила, именно ради них  он не сломается, ради них будет противостоять Баскервилям до конца. Красноплащные не смогут достать его друзей сейчас, а все, что они могут сделать с ним, это убить.
- Как тебе это нравится, Ози? Разве отстаивать свою честь – это так плохо? Разве желать восстановить истинную правду – неправильно? Разве пресекать грязную ложь – это преступление? Ты видишь в нас не ту сторону медали, мальчик. Ты повёлся на чьи-то байки и твёрдо уверил себя в том, что есть зло, а что добро, толком во всём и не разобравшись.
Оз поднял взгляд на девушку и с вызовом посмотрел ей в глаза:
-Честь?  Какую же честь вы отстаиваете? Вы пытаетесь отмыть окровавленные руки в кровавой реке, вы пытаетесь показать всем свою правду, при этом все что вы делаете это разрушаете. Вы настолько привыкли к ТАКОЙ вашей чести, что забыли, что такое гордость, забыли, что такое честь… Вы гонитесь за бесплотным, невидимым фантомом, каковым является ваше былое величие, обвиняете мой Дом во всех своих неудачах, старательно отворачиваясь от правды, которая заключается в том, что вы просто боитесь признать что Глен ошибся.
Он выдохнул, выпуская из себя остатки ярости, и тихо пробормотал:
-Во тьме, без признака зари, он бился лбом о фонари и все твердил неумолим, что призрак гонится за ним….
Он не помнил откуда эти строчки, но, как ему казалось, они как нельзя лучше подходят Баскервилям... Он уже не мог их ни в чем обвинять. Баскервили стали казаться ему, 15ти летнему ребенку, просто детьми, которые очень скучают по своему отцу и винят в его смерти злых людей...

Отредактировано Oz Bezarius (2012-01-11 11:35:56)

+3

26

Лениво потянувшись, Лиззи в который раз перевернулась, усевшись в кресле уже по-нормальному, без опасности свалиться на пол и набить лишнюю шишку на настрадавшемся еще сто с лишним лет назад затылке. Услышав ответ брата, а затем увидев и "вот эту замечательную штучку", Баскервиллька задумчиво, впрочем, без особого восхищения протянула: "О-о...", после чего, еще недолго думая, заметила:
- А, но ведь это просто пистолет, разве нет? - Не узрив никакой особой ценности в "уже не замечательной штучке", Элизабет даже слегка разочаровалась - пока брат копался в своих потайных карманах, выискивая, а затем и вытягивая на свет божий искомый пистолет, она все гадала, что же сейчас такое замечательное достанет Крис, а тут - разочарование! Не больно-то и сильное, но все же - детское - а возможно, просто Баскервилльское - любопытство удовлетворено не было.
Через пару минут Лиззи чуть заметно недовольно надулась, не получив ответа, а точнее - разрешения на "порезать Оза". "Бяша ты, Крис! Как вино - коне-ечно, о чем речь? Сейчас найдем и испробуем, а как дело касается дорогой, единственной и неповторимо чудесной сестренки - так нет, можно и отложить... Бяша". Впрочем, дуться на Баскервиллей долго Лиззи никогда не могла: то они начинали вдруг радоваться жизни, на что она сама, конечно же, не может не обратить внимания, так как пропускать все веселье - это явно не об Элизабет, активность - наглость, возможно, желание получить по шее или исправительную беседу? - которой не знает границ, то они начинали, ей назло, конечно же, приманивать ее к себе какими-нибудь конфетами - ну как от такого можно отказаться?
Впрочем, ответ был получен на следующую реплику Лиззи о своей важности(хоть и было все это замечено ею чуть по-другому, но смысл именно такой), а от того, что Кристиан таки обратил на нее внимание, девушка довольно растянула губы в улыбке до ушей:
- Так-то оно так, но все-таки - если бы было наоборот, то... то было бы, разумеется, наоборот, - не так уж и однозначно закончив мысль и при этом имея в запасе примерно стопроцентную уверенность в верности своих слов, она вновь зевнула, прикрыв рот ладошкой. Эх, иссек запас бодрости, полученный после потягивания! Зато, правда, появилось желание узнать, как бы было, если бы все было "наоборот" с ее характером. Наоборот? "Это, получается, добрая, вежливая, скромная... Думаю, я бы даже в цирк не попала, коли обладала бы таким ангельским характером. Меня бы крысы на улице порвали скорее, чем я вообще поняла бы, что произошло и как я, собственно, оказалась без крыши над головой... А правила... Собственно, для того они и правила, чтобы их нарушать!"

- ...Как по кругу на детском утреннике.
"... Неужели на утренниках все так плохо?" Лиззи хихикнула, невольно представив себе эту фразу, будь ее значение прямым. Хотя, впрочем, неважно - детей детсадовского возраста Лиззи никогда особо не жаловала, так как некоторые из них жутко надоедливые и постоянно плачут без повода.
Все то время, пока Лотти разъясняла Озу, что да как, да что к чему, Лиззи смотрела в окно, однако слух, в отличии от зрения и примерно половины мыслей, по-прежнему оставался в поместье.
Если во время дождя все было не так уж и плохо, то бишь, основное внимание было обращено к дождю, льющему как из ведра, то сейчас взгляд вдруг был "перехвачен" землей, которая теперь грозила всем и каждому поскользнуться на ней и, неприятно грохнувшись на пятую точку, испачкать одежку, впрочем, и так уже вымокнувшую до нитки. Помимо земли, глаза тянуло посмотреть на небо - медленно, но верно светало, а цвет неба из густого чернильного начал перетекать в темный синий, словно покрытый серой предрассветной дымкой, и совсем скоро начнет клониться к голубому... Если, конечно, такого цвета вообще может быть небо над Сабрие. А вообще - каким может быть небо над проклятой дырой в Бездну? Хмурым, пасмурным - словом, таким, словно ты действительно находишься на выжженной многоэтажными проклятиями богов местности.
Сознание вновь начало клонить Элизабет в сон, но упрямица, так не хотевшая засыпать на самом интересном месте, каждый раз подскакивала - в переносном смысле, конечно. Первое время во время таких вот внеплановых пробуждений она с чуть заметной тревогой осматривала присутствующих - не потому, что беспокоится за них, а потому, что боится пропустить что-нибудь важное. А вот в последующие разы... желание услышать каждую немаловажную реплику постепенно начало пропадать, пока не провалилось куда-то далеко.
Совсем скоро Оззи сказал что-то длинное, а Лиззи тем временем поняла, что чем длиннее речь блондина, тем хуже она запоминается и вообще слышится - глаза девушки уже слипались, и вновь "прозреть" с каждым разом становилось все тяжелее, а слух и вовсе почти не прорезался...
- Во тьме, без признака зари, он бился лбом о фонари и все твердил неумолим, что призрак гонится за ним...
Зевнув, Лиззи сонно протянула:
- ...А вот мне кажется, что Баскервиллей... - еще один зевок, - ...это четверостишье не очень хорошо описывает, ага... - девушка вновь зевнула и принялась протирать упрямо закрывающиеся глаза. - Мало ты нас знаешь, Оззи, чтобы так просто рассуждать - как уже сказала сестрица, ты видишь в Баскервиллях не ту сторону медали, а их, знаешь ли, все-таки две, а учитывая тот факт, что... что для нас ваше добро - примерно то же самое, что для вас - наша справедливость... Ты пойми - мы же не просто так убиваем твоих компаньонов, во всем есть смысл и все делается не просто так. Если Джек все-таки соизволит появиться - не будет больше надоевших тебе смертей твоих друзей, хотя, вроде, самых близких мы оставили в покое. Если Безариус-блондин-старший вылезет "на поверхность", все будет много лучше, чем ты себе представляешь после всех этих сказок о Баскервиллях, которые приходят по ночам за плохими детьми, и о Бездне, в которую за какую-нибудь оплошность спускают самых грешных людей мира сего, при этом утверждая, что люди в красных плащах и являются своеобразной смертью с косой, - исчерпав последние запасы бодрости, Лиззи устало угукнула в конце своей "речи", явившейся миру после недовольства мозга тем фактом, что его несносную хозяйку все никак не отправят спать.

+1

27

Все это начинало откровенно утомлять  - начиная от того, что Оз, похоже, не в ладах с засевшим внутри него Джека и заканчивая тем, что сейчас все они бестолково толкали длинные речи, пытаясь побольше уязвить друг друга. Все эти споры были совершенно бессмысленны и бесполезны. Пустая трата времени….
Крис внимательно следил за порхающей по комнате Лотти, но ничем не выдавал себя – разве что чуть подрагивающие зрачки, почти незаметные и сливающиеся с радужкой глаз, могли выдать заинтересованность, пусть и частичную, в словах девушки. Разумеется, все в словах Шарлотты было верно, логически выверено – это была их баскервилльская правда, а другой правды они не хотели. Каждый ведь верит в то, во что хочет? Люди в красных плащах были безоговорочно преданы своему предводителю – Глену, не задумываясь о том, какое по счету это его перерождение. Это было неважно, неинтересно и глупо – думать о том, что ты сможешь уйти в любой момент. Отсюда уносят только вперед ногами – и все это знали. Но Кристиан никогда не допускал даже мысли о том, чтобы уйти из дома, стать отдельным звеном, пешкой, звеном цепи под названием «реальный мир». Для него, как и для любого Баскервилля, такое было предательством. А он не мог, да и не хотел предать доверие многих – Глена, Шарлотты, Элизабет…
Метнувшаяся вновь к волосам девушки рука была резко остановлена на полпути, и пальцы сгребли  вместо этого оторочку плаща, который  спустя секунду стал служить девушке одеялом. Ему было наплевать, как расценит этот жест Безариус – он просто не хотел, чтобы девушка замерзла, пока они тут заговаривают друг другу зубы.
Завернулась в кровавый плащ и Шарлотта – да, пожалуй, в помещении было прохладно, но, закаленный, Крис быстро привык к этому. Кинув мимолетный взгляд на Шарлотту, как более старшую из девушек, что сейчас были с ним, он подумал, что было бы неплохо переговорить с ней относительно того, правда ли в мальчике сидит Джек? Быть может, она ошиблась и блондин просто разыграл их? Непривыкший верить кому-либо, если сам не убедится в том, что это действительно так , мужчина несколько нервозно постукивал пальцами по предплечью – скрещенные на груди руки и чуть хмурящиеся брови ясно давали всем понять, что временный лидер, лидер на замене, думает, как сделать так и как решить эту задачу.
Краем уха он слышал, что и Элизабет после очередной гневно-пафосной тирады Безариуса включилась в спор – да так рьяно, что на мгновение герцог отвлекся от своих размышлений и перевел – соизволил, так сказать – взгляд на Оза, все так же переминавшегося с ноги на ногу в середине зала – точь-в-точь провинившийся поваренок, что случайно разлил суп и которому теперь предстоит порка, если тот не сумеет исправить дело и не сварит столь вкусный суп – и философски вздохнул.  Действительно, бег по кругу, бесконечные разговоры, сплетни, слухи. Из чего складывается правда? Из фактов, дорогие дамы и господа. А без фактов любая новость – всего лишь недостоверный слух. Баскервилли не были плохими или хорошими – они просто были другими, не такими, как все. Возможно, именно поэтому общество пыталось отторгнуть их, как пытается отторгнуть организм чужеродное тело….
  - Хватит разговоров! – повелительный тон герцога  пришелся как раз на конец монолога Лиззи, но он уже не слушал, переведя взгляд на Оза:
- Мальчик, должно быть, тебе рассказали только ту часть правды, что была выгодна тебе и твоему Дому,  однако то, что ты не хочешь принимать то, что есть и другие правды, что складывают мозаику реальности, весьма огорчает меня и моих очаровательных сестер. – холодный взгляд пригвоздил Оза к полу, заставив того почувствовать себя маленькой мушкой, на которую хочет наступить слон.
Все эти разговоры только попусту сотрясают воздух. Нам нужны наши информаторы, без них мы можем разговаривать тут вечность. Лотти, мне надо переговорить со мной. Нет-нет, Элизабет, останься – ты устала, я понимаю, но наш гость весьма непоседлив и наверняка хочет есть. – на едином дыхании выпалив все это, Кристиан, сделав жест Хроносу, что уже давно пылился в темном закутке и являл собой разве что облезлый валун – змей, не торопясь обвился вокруг мальчишки, страстно сжимая того в стальных объятиях, нежно и пылко, как юноша свою первую любовь - вышел из комнаты и сразу же свернул резко влево, выйдя в широкий холл. Там он остановился и негромко спросил девушку, что нехотя , но все-таки пошла за ним:
- Шарлотта, этот невыносимый мальчишка действительно тот, кто нам нужен? Ты уверена в этом? – глядя на сестру чуть прищуренными глазами, Кристиан размышлял, каков процент вероятности того, что их задание провалено и они поймали какого-то левого герцога, что только называет себя Озом Безариусом, а на самом деле он какой-нибудь простолюдин, смеха ради решивший нацепить герцогские шмотки…

+1

28

Лениво зевнув и бережно обвив огромную шею Леона руками, Шарлотта устало уткнулась носом в мягкую тушку своей Цепи и страдальчески закатила глаза, оставив спор с Озом до лучших времён. Слишком поздно девушка поняла, насколько непосилен для ребёнка столь откровенный разговор о правдах и неправдах и как ещё глупо сознание мальчишки, раз оно до сих пор не способно поверить в существование двух сторон одной медали.
- Нет, простите, но я не могу Вам помочь, - наконец ответил Безариус, обессилено съехав по стене на пол. Его голос прозвучал очень тихо, и даже эхо, с жадностью глотавшее каждое слово, лишь обижено крякнуло раз и сразу же смолкло совсем, утонув в сухом застоявшемся воздухе. Подавшись на звук, Лотти подпёрла подбородок рукой и с неподдельным интересом рассматривала маленькую сгорбившуюся фигурку Оза. Отсюда он казался таким крохотным, забитым, жалким – совсем убитым, по сравнению с тем, каким он был ещё несколько минут назад, когда изо всех сил отстаивал свою веру и права Джека.
«Удивительное преображение», - всё также молча ухмыльнулась Баскервилль, проведя горящим взглядом по измученному болью лицу мальчика, непроизвольно сравнив его мнимое геройство в развалинах и состояние теперь. «Какой капризный и упрямый ребёнок, бе~»
И всё же вскоре нестабильное состояние пленника изменилось вновь и заброшенное баскервилльское поместье содрогнулось от его очередной пламенной триады. В этот раз Шарлотта слушала особенно невнимательно, нарочно пропуская мимо себя целые предложения и даже не стараясь вникать в смысл сказанного им. Ведь даже без этого было ясно, о чём обиженный на похитителей ребёнок мог вести речь.
- Фонари, призрак… Ты что это серьёзно, Ози? – губы Лотти вытянулись в сухой беззлобной ухмылке. – Слишком поздно в тебе проснулись поэтические наклонности, не находишь? Лучше бы подумал о Джеке и о том, почему он как осёл упрямится вылазить.
Сладко потянувшись и взобравшись, наконец, на распластавшегося по дощатому полу Леона, Баскервилль тихо зацокала язычком и осуждающе покачала головой из стороны в сторону, бросив на мальчишку уставший изучающий взгляд. Как собачка на поводке, Оз отчаянно пытался вырваться из цепких баскервилльских лапок, сам того не подозревая всё сильнее сдавливая свой собственный ошейник. Огрызался, скулил и совсем как цепной пёс – яростно бросался на обидчиков, показывая им свои клыки. На деле же озлобленный щенок всегда оказывался обычной безобидной моськой, сердито тявкающей на огромного слона. И естественно, в конечном итоге рано или поздно она окажется раздавленной его массивной ногой.
- Хватит разговоров!
Гулкий голос Кристиана словно гром сотряс пустое поместье Баскервиллей и невольно заставил Шарлотту вздрогнуть. Быстро переведя взгляд на мужчину, девушка с удивлением заметила, что в его глазах за это время что-то сильно изменилось. Что-то, что в краткий миг кольнуло её сердце и заставило преисполниться к главе уважением.
«Господин Глен…», - беззвучно прошептала Лотти, с трудом заставив себя отвернуться от Криса и сконцентрироваться вновь.
На его просьбу о разговоре девушка, чуть помедлив, кивнула и, мягко съехав с широкой спины Леона, направилась вслед за главой. Под её ногами тихо поскрипывали сухие доски, а где-то внизу под ними слабо пищали в норах мыши. В ушах же Баскервилль, заглушая все прочие звуки, громко стучало собственное сердце, безумный ритм которого ей никак не давалось усмирить. Но, наконец, выйдя в холл, Шарлотта немного успокоилась и, остановившись в метре от Кристиана, послушно, хоть и нехотя, склонила голову вниз, ожидая его вопросов. 
- Да, - коротко ответила Баскервилль, не поднимая взгляда на мужчину. – В Академии нам с Доугом и Фангом удалось вытрясти из него Джека. Почему он упрямится теперь – я не знаю. Что если этот чёртов «герой» так и не появится? Не будем же мы вечно уговаривать мальчишку. У нас просто нет на это времени.
«Вот же упрямец Джек! Какой ты всё-таки трус».

0

29

<--- Покои Воли Бездны

Тьма. Вокруг одна тьма. Нельзя понять, что ты сейчас делаешь - лежишь, стоит, летишь или сидишь. Может, я умерла? - подумала Шота и попыталась найти во тьме свои руки, чтобы зажать уши - ей показалось, что она слишком громко подумала. Господи, что сделала та девчонка? - мрачно подумала Шота, решив, что её, видимо, выпускать из Бездны не собираются. Хотя, может, Десиан её по дороге съел. И при этом ей совершенно не нравилось такое положение вещей. В некотором роде это её пугало. Её, серьёзную и всегда спокойную девушку! То, что её пугала Воля Бездны ещё можно было принять. Воля Бездны - неординарное существо, создатель тёмного места и большой компании Цепей, вроде Деса. И это не один громадный пёс, а большое количество враждебно настроенного зверья. И не только зверья - всё-таки описание некоторых не всегда поддаётся языку человека. Слов таких ещё, наверное, не изобрели.
Мне совсем не нравится такое положение вещей. - наконец подумала девушка, решив, что она уже достаточно раздражена. И в тот же момент, прямо перед глазами появилось ночное небо, местами закрытое рваными клочьями облаков, из-за которых, будто бы неуверенно, выглядывала луна.
И в лёгкие тут же ворвался ледяной, разрывающий их воздух, будто бы они успели забыть, что такое дышать. Графиня от такой щедрости мира чуть не задохнулась и закашлялась, а после поняла, что падает. Причём поняла это уже в тот момент, когда спина уже соприкоснулась со спиной.
- Хорошо хоть невысоко... - хрипло пробормотала Шота, чуть приподнимаясь на руках и отползая в сторону - знакомой громадной туши на земле не было видно, а значит, нужно было соображать быстро, пока тебя ненароком не придавили.
Попыталась подняться, поразмыслила и вновь устало опустилась на землю. Нет, она ещё слабовата для такого подвига, лучше подождать. Повалялась минут пять, фыркнула и, наконец, преспокойно поднялась на ноги и отряхнула платье. Увидев своё состояние, графиня презрительно поморщила и мрачно пробормотала:
- Выгляжу, как какая-нибудь грязная побирушка из разорившейся дворянской семье. Мерзость.
Вспоминать, что когда-то она выглядело ещё хуже, она не хотела. Не те эти воспоминания, которые хочется воспроизводить каждый день, каждый час и каждую секунду. Наоборот, лучше спрятать их подальше и притворится, что такого в её жизни вообще не было. Она – графиня, а не ведьма-оборванка из захолустья.
- Пожиратель! – чрезмерно мрачно, но при этом требовательно позвала девушка свою Цепь, ища его глазами вокруг. Она помнила, как сейчас обстоят её дела, отчего ей становилась ещё паршивей. Временно придётся избегать Пандоры. Хотя это я уже вроде говорила себе. Видимо трудно осознать. – графиня фыркнула и надменно вскинула голову. Её игра ещё продолжается, ведь она сейчас жива, относительна, свободна и  не обременена какими-нибудь совершенно ненужными и бесполезными обязанностями.
Девушка, наконец, повернула голову чуть в бок и только сейчас заметила, что за спиной у неё возвышается явно заброшенное здание. Особняк, когда-то величественный и принадлежащий… Баскервиллям. Её передёрнуло от мысли об этом.
- Она что, решила посмеяться над нами? – тихо пробормотала себе под нос графиня, запахивая чёрный, чуть оборванный плащ, чтобы скрыть уже никуда не годившееся серое платье. – Да, Дес, хорошая твоя создательница, ничего не скажешь. Ребёнок ребёнком. – Шота сжала находившуюся в руке тряпичную игрушку – белого кролика, средство связи с Бездной. Из огня да в полымя, из огня да в полымя… - графиня покачала головой и постаралась убрать игрушку подальше, чтобы пока о ней забыть.

0

30

начало.

Будем друг друга любить -
Завтра нас расстреляют;
Не пытайся понять, зачем,
Не пытайся узнать, за что...©

Он ловил себя на мысли, что все больше и больше ему нравится быть одному – вот так сам с собой, где-то на просторах мира, настоящего, подлого кровавого. Очередное задание – ну как? Так разведка, принесла особое удовольствие, тем более здесь, в этом богом забытом месте – бездной поглощенным. Можно было в пробежках, в пустоте мест, в пустоте коридоров, медленно сходить с ума, играя роль, да безумца, наверное, именно такими представляют окружающие Баскервиллей – почти неуязвимыми, кровь обожающими безумцами.
Но день сменяет ночь, а ночь сменяет утро  - вот оно поместье, кажется, здесь должны быть все. Это значило пора успокаиваться. Да с родственниками, нужно было выбирать другие роли, более спокойные. Во-первых, потому что там и так почти все безумны – а однообразие и повторение не интересно. Во-вторых, нынешний «главный» не особо любил шум, и можно было ему подыграть. Хотя иногда так тяжело было сдержаться.
Вот они: несколько ступенек и дверь. К слову Лесма по привычке (того времени когда она была не особо нужна) сидела на плече молодого человека и там ей было уютно. Да, очень подвижное существо именно там крепко спало. Не зря же связь именно у этого семейства с Цепями была удивительна и крепка. 
Лестору показалось, что дверь скрипнула. Это было странно, но вполне возможно. Хотя более удивительная картина была другая – та в холле. Старшие ругались? Юноша непроизвольно изобразил удивление на лице, ища подходящую, наиболее тихую роль, подходящую для этой ситуации.  И она нашлась, после минутного молчания. Роль миротворца – роль священника. Ах, как же давно этого он не примерял на себя. И в итоге ведь испортили роль. Ну что это за – иди наверх и присмотри за Лиззи и Озом (это вопрос за кем надо больше следить)
- Ну вас, я вам о этих Пандоровцах известие, а вы,- поднимаясь по лестнице и теперь уже не собираясь сдерживать речей – может младшая сестренка оценит, а может и никто. Печаль. Вот она какая печаль - шири полотенец! К слову Эррон действительно был в своеобразной разведке и сообщил старщим семейства о том, что многоизвестная группа лиц покидает место трагедии.
- Если хотите лететь – падайте, если хотите упасть – летите. Если в ваших глазах темнота – выйдите на свет, если в них свет – станцуйте танец с тьмою. Если вы захотите доказать себе что живы – полюбите боль, обожайте ее, глотайте ее как спасительные таблетки от смертельно болезни. Ведь боль доказательство, боль еще какое доказательство! Если у вас есть королевство – продайте его, вы никогда не сможете стать его настоящим Королем – рано или поздно погубите и погубите вместе с собою. А если ваше королевство весна – уйдите в осень, которая, когда-нибудь подарит вам любовь…,- тише ведь уже поднялся и внимательно посмотрел на Лиззи, сидящую в кресле,- Если пред вами Богиня – преклоните колени – быть может тогда, вас полюбит удача,  вас полюбит этот мир, который проклял,- Лестер дошел до кресла и встал сбоку от него на колени,- Будешь Богиней, приносящей удачу?,- за место – «давно же я тебя не видел». Эррон помнил, что в комнате находиться еще один виновник энных событий, но на него почти не обратил внимания,- отдыхай, я тебе на подмогу,- теперь садясь сбоку возле кресла на пол и посмотрев наконец на Оза.
- Не мешай, не видишь - она устала – а ты… у, совсем бессовестный,- вздохнул, осознавая то, что голова начинает гудеть, от мыслей, которые так мешают адекватно понять, чего же сейчас хочется. Хочется то ли музыки и цветов , то ли зарезать кого-нибудь.©

Отредактировано Lester Aaron Baskerville (2012-02-19 04:02:00)

+1


Вы здесь » Pandora Hearts RPG » Баскервилли » Левое крыло поместья


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC